|
Скажи ей кто еще месяц назад: «Вот тебе пять тысяч долларов!», ей показалось бы, что на всю жизнь хватит. Что на эти деньги можно купить в сто раз больше того, что ей нужно.
Сейчас, когда она перебирала сотенные купюры, ей пришла в голову на удивление банальная мысль: «Не Бог весть что».
Да, меняется восприятие действительности, подумала Настя. И дни стали короче, и к деньгам отношение совсем другое.
Настя отсчитала тысячу, взяла одну сотенную, сунула в правый карман джинсов, остальные девять купюр – в левый. Рубли у нее тоже были, но совсем немного, сотни полторы, впрочем, на сегодня вполне достаточно.
Она бросила взгляд на экран монитора и решила не выключать компьютер.
«Начались трудовые будни, – подумала она. – Пусть все будет, как при папе. Теперь я за него».
Глава 9
Настя приехала в «Гараж» в самый разгар программы. Грохотали «Фантомные боли» – еще одна молодая группа, намеревавшаяся покорить мир. Начали же они с «Гаража» – небольшого, но очень модного клуба на Васильевском острове. Здесь не было «продвинутой» молодежи в пластмассовой блестящей одежде с разноцветными волосами.
В «Гараже» собирались люди в основном седовласые, с хвостами перетянутыми тонкими резинками, в старомодной джинсе, сапогах-"казаках", некоторые – в элегантных костюмах, немолодой, одним словом, здесь был контингент. Старые любители рока, слушавшие «Битлз» и «Стоунз», когда Настя еще на свет не родилась, при внимательном взгляде на них видно было, что они так и не повзрослели.
Насте нравились эти люди. Смешные они, конечно, чокнутые. Этакие сорокалетние бутузы, седовласые шалуны. Беззлобные матерщинники и жуткие бабники. Все, как один.
В «Гараже» никто не жаловал «кислоту», никто не предлагал в сторонке порцию кокса или еще чего-нибудь модного. Здесь предпочитали водку и коньяк, в крайнем случае, «для слабонервных», – пиво.
В таких местечках любила тусоваться ее полусумасшедшая, но милая молодая хиппица Глаша и еще несколько Настиных знакомых. Но не они были ей сейчас нужны.
У ближайшего к сцене столика она увидела Мертвого.
– Привет! – сказала Настя, подойдя к нему, и не услышала собственного голоса из-за рева, несущегося со сцены. Мертвый ей кивнул и отвернулся к сцене. Он стоял, скрестив руки на груди и покачиваясь в такт музыке. «Фантомные боли», очевидно, не мучили его, а, скорее, даже нравились.
В перерыве между песнями он снова повернулся к ней, и Настя повторила:
– Привет!
– Ну? – спросил Мертвый.
– Кулак здесь? – Настя старалась говорить деловым тоном, давая понять, что задала вопрос не из праздного любопытства.
– А где ж ему быть? Конечно.
Он огляделся.
– В сортир пошел, наверное, – подвел Мертвый итог своим наблюдениям. – А на фига он тебе?
– Дело есть.
– А-а-а... – Глаза Мертвого вдруг медленно поползли по Насте сверху вниз, не упуская ни одной детали, он оглядывал ее с нескрываемым интересом. – Ну-ну. А то, может, и я на что сгожусь? – вдруг спросил он, удовлетворенный осмотром девушки.
Тут, к большому удивлению Мертвого, пришла очередь Насти смерить его взглядом. Мертвый от удивления даже рот открыл.
Сколько он видел каждый день таких сопливых шестнадцатилетних девчонок! Во всех музыкальных магазинах, которые он охранял, во всех клубах, «кислотных» и рок-н-ролльных, на улицах, в подворотнях. Соплячки.
А эта – нет. В этой была какая-то жуткая сила. |