Но если я ошибусь, если не смогу исполнить задуманное, меня похоронят под грудой тел, как это уже однажды случилось. И тогда грузовику точно хана, как и всем тем, кто остался на базе. От доставки этой руды зависит практически всё, и это прекрасно известно даже противнику. Ведь не просто так он отправил два неслабых отряда на перехват. Опять же, шанс того, что нам удастся пробиться через свежее войско, тоже невелик. Оставшийся бот продержится недолго, а уж схватку с качком однозначно не переживёт.

— Да, — решительно пробормотал я, — нужно менять тактику. Тем более что лучшим способом защиты всегда было нападение.

Я снова сменил картинку на экране и выделил небольшой участок разведывательной сети, как раз тот, что вёл в направлении отряда подкрепления. А затем сбросил его боту и отправил зачищать территорию. Таким образом полководцы не смогут обнаружить меня заранее, хоть и будут готовы к приближению.

Как только железный воин покинул кузов грузовика, я принялся следить за таймером, чтобы дать ему фору хотя бы до первого убитого разведчика.

Боец управился на отлично, и уже спустя три минуты погасла первая из выделенных мной красных точек. Ещё через две умер разведчик с противоположной стороны. Для боевого дрона эти мелкие твари были как семечки.

Однако враг тоже не спал и уже принялся шевелить сетку, перемещая к слепым зонам новые живые сенсоры. Таким образом мой коридор составит около пяти минут. Плюс-минус, конечно. Вполне хватит, чтобы добраться до противника незамеченным.

Отбросив сомнения, я перешёл к действиям. Покинул грузовик и помчался навстречу врагу. И каково же было моё счастье, когда позади раздался жалобный скулёж Жухлого! Шкет побоялся покидать транспорт на ходу, а значит, и под ногами путаться не станет. То есть я всецело могу отдаться выполнению задачи.

* * *

Раньше говорили: один в поле не воин. Это просто у них такого костюма не было.

С отрядом противника я встретился примерно через двадцать минут. Вряд ли мне удастся передать состояние, в котором я находился после марафона. Хотелось просто свалиться на землю, чтобы перевести дыхание. Да, костюм значительно облегчал нагрузку, но всё же я без остановки бежал двадцать минут по пересечённой местности.

Разумеется, сразу бросаться в бой в таком состоянии — сродни самоубийству. А потому я сместился левее, тем более что бот уже успел срезать разведку на этом участке, и да, развалился в густой траве, скрываясь от глаз мутантов. В запасе оставалось примерно четыре минуты, чтобы перевести дух и спланировать атаку. Войско тварей я пропустил чуть вперёд, заодно оценивая плотность рядов. Снова отыскал местоположение полководцев и в очередной раз укорил себя за абсолютно безумный поступок.

Бот прятался с противоположной стороны. В отличие от меня, ему отдых не требовался, но и бездумно бросать его в самое пекло я не собирался. Его задача — отвлечь внимание на себя. Я очень надеялся, что бо́льшая часть мутантов сместится в сторону схватки, освобождая мне путь к здоровякам.

Как только отряд удалился, а мы оказались у него в тылу, я начал действовать. Продолжил маршрут для бота и отправил его в левый фланг. Сам тоже сорвался с места и поравнялся с правым, внимательно наблюдая за всеми изменениями в строю. На карте, что полупрозрачной голограммой висела на периферии зрения справа, я увидел начало атаки бота. Он по касательной, плавно, врезался в ряды мутантов, уничтожив за раз сразу пять особей, а затем резко ушёл в сторону, вытягивая на себя небольшую группу защитников.

До встречи с грузовиком оставалось всего восемь минут. Его бы остановить, чтобы выиграть хоть немного времени, но увы, это не в моей власти. Так что придётся исходить из того, что имею.

Очередной рывок бота во фланг противника выдал результат чуть хуже, чем предыдущий.