– Не деньги, но то, что можно продать или обменять на защиту… – Дорш кивнул. – Уверен, что не лучше будет их оставить?

– Не уверен, но пока считаю продажу лучшим решением. Так я смогу навести мосты с некоторыми кланами, которые, получив возможность приобрести такие вещи, будут мне благодарны.

– Будут ли?

– Насколько мне известно, ничего из этих предметов в Китеже никогда не создавали. Аналогов просто нет, отец. И это при том, что для владельцев геномов такие артефакты воистину бесценны.

Какое-то время глава клана крутил в руках артефакт, напоминающий ступку для помола муки, после чего кивнул:

– Делай как знаешь. И то, что отец оставил клану, тоже используй по своему разумению. Не спорь!

Дорш поднял ладонь, остановив собравшегося было возразить Элина. Ведь ему им же изготовленные предметы были совершенно не нужны, и продавать их он не стал бы – слишком полезные, а в каком-то смысле даже уникальные.

– В последнее время ты показал, что ответственность для тебя не пустой звук. Не знаю, что стало причиной. Отношения с Алексией или обретение учителя… Но надеюсь, что для этого что-то сделал и я.

– Я всё равно не понимаю, как это связано с присвоением артефактов, которые могут помочь клану, отец.

– У Нойр нет никаких проблем, требующих срочного решения, и эти артефакты просто осядут в хранилище, пока кто-то не наложит на них руки. С другой стороны, ты можешь воспользоваться ими и завоевать верность людей, что пригодится тебе в будущем. – Дорш серьёзно посмотрел на сына. – Если ты считаешь, что этим артефактам лучше попасть в хранилище – пусть так. Решать тебе. Я своё слово сказал, Элин.

– Хорошо, отец. Я найду им применение.

Мужчина улыбнулся ободряюще, после чего взял в руки один из четырёх лежащих на столе амулетов. Одинаковые на первый взгляд, они, между тем, отличались в деталях, на которые можно было и не обратить внимания. Дорш запомнил текст письма и взял тот артефакт, что предназначался именно ему.

– Ты высоко их оценил, Элин, но так ли они хороши на деле?

– В дешёвых поделках никто не прибегает к техникам крови такого ранга, отец. А всё то, что я смог разглядеть, исполнено на высшем уровне, будь то восстанавливающий заряд или предугадывающий угрозу контур.

– Значит, сын, считаешь, что их необходимо носить… – Глава клана вздохнул, взвесил амулет на ладони и аккуратно надел его на шею. Элин мысленно ухмыльнулся: вряд ли Дорш теперь когда-либо выйдет из дома без этого украшения. Слишком много для него значит Галес, чтобы отложить в сторону якобы им оставленный артефакт.

– Именно так, отец.

– Хорошо. – Дорш взял ещё два амулета. – Если ты больше ничего не хочешь обсудить, то я пойду. Нужно поработать… и, пожалуй, выпасть из жизни до следующего утра.

– Я сказал всё, что хотел сказать. Но не перебарщивай с алкоголем, папа.

Мужчина в ответ на такое мягкое и домашнее обращение – ведь обычно Элин называл его отцом, – улыбнулся искренне, но намерения свои, похоже, не поменял, напоследок махнув рукой и покинув дом.

Провожать его перерождённый не стал, видел, что Доршу приходилось нелегко. И стоит лишь вспомнить, как он сам, будучи двадцатилетним лбом, рыдал, вспоминая о родителях, и причины становились совершенно ясны.

Даже если Элин и мог поступить иначе, то теперь размышлять об этом было бессмысленно.