Просмотрев анонсы предстоящих сражений и не обнаружив ничего интересного, мы вышли из здания арены и направились к фургону. В это самое время неподалеку остановился микроавтобус, и из-за руля вышел мужчина. Я узнал его, это был хозяин Молота.

Он вытащил из-под сиденья биту, обошел микроавтобус и распахнул заднюю дверь.

— Ты посмел меня ослушаться⁈ — услышали мы его крик. — Тебя снова надо проучить?

Послышался звук глухого удара, крик боли и блеяние. Я ускорился и подбежал к нему, как раз когда он снова поднял биту, чтобы ударить бедное животное, вжавшееся в угол багажника.

Я схватил биту и с силой вырвал его из рук живодера.

— Э-э-эй, вы кто? — воззрился он на меня своими серыми глазами навыкате.

— Не смей бить барана, — процедил я сквозь зубы.

— Это мой баран. Что хочу, то и делаю! — он вытянул руку и потряс пальцем в сторону животного. — Молот ослушался! Он не выполнял приказы своего хозяина! Отдайте биту или я…

Он раздувал ноздри и буравил меня взглядом.

— Или что? — грозно спросил я и перехватил биту поудобнее.

Мужчина, которому требовалось выпустить пар, решил выместить злобу на мне, поэтому выхватил из ящика в багажнике гаечный ключ и ударил меня им. Вернее, хотел ударить. Я подставил биту и сильным ударом кулаком по скуле отбросил назад.

Мужчина не удержался на ногах и упал на одно колено.

— Сволочь. Я убью тебя!

Подобрав кусок разбитой брусчатки, с силой бросил мне в голову. Я пригнулся, и камень ударился об открытую дверь микроавтобуса.

Краем глаза я заметил, как Кун бежит к охране арены и что-то кричит. В это время мужчина подобрал с земли гаечный ключ и снова бросился на меня. Я воспользовался его же битой и ударил по руке с гаечным ключом. Мужчина взвыл дурным голосом и схватился за руку.

— Ты ее сломал! Ты сломал мне руку!

В это время к нам подбежали охранники. Они не стали разбираться, кто прав, а кто виноват, и скрутили нас обоих. Я не стал сопротивляться, все-таки они делали свою работу.

— Отпустите вы его! — кричал Кун. — Он пострадавший. Этот урод набросился на него.

— Полиция приедет и во всем разберется, — сурово ответил один из охранников.

Полиция приехала быстро. Сначала опросили мужчину, который назвался Ко Ыном. Он, конечно же, обвинил меня в нападении. Типа он просто подошел проверить самочувствие своего барана после сражения, а я напал на него сзади и начал избивать.

— Ну ты и придурок, — усмехнулся Кун. — Здесь же полно камер. Тэджун просто отобрал у тебя биту, которой ты избивал барана.

— Мой баран, что хочу то и делаю, — огрызнулся Ко Ын.

— Вам придется проехать в отделение, — обратился ко мне полицейский. — На месте невозможно определить, что случилось. Нам нужно изъять видеозаписи.

— Хорошо. Только вызовите ветеринарную службу, чтобы забрали барана. Его нельзя оставлять с этим человеком.

— Мы со всем разберемся.

Я отдал Куну ключи от квартиры и попросил покормить и выгулять Сувона. Кун пообещал присмотреть за псом.

Через полчаса мы с живодером Ко Ыном вышли из машины и направились к полицейскому отделению в сопровождении двух полицейских.

Отделение представляло собой двухэтажное отдельно стоящее серое здание, на котором висел логотип полиции и флаг Кореи.

Когда мы подошли к дверям, те раздвинулись, пропуская нас внутрь. Я еще никогда не был в полицейском отделение этой страны, поэтому с интересом все рассмотрел.

Внутри все выглядело современно и функционально: новейшие оборудования, информационные стенды, экраны с актуальной информацией, ряды мягких стульев.

Нас с Ко Ыном развели по разным кабинетам.

— Господин Ли, подождите здесь, — сказал полицейский и распахнул дверь кабинета.