Нас с Ко Ыном развели по разным кабинетам.

— Господин Ли, подождите здесь, — сказал полицейский и распахнул дверь кабинета.

Внутри почти ничего не было, кроме стола и двух стульев. Напротив стола на стене находилось зеркало. Я знал, что оно здесь установлено не для того, чтобы любоваться собой. Это было зеркало с односторонним видением, с помощью которого можно наблюдать за допросом из соседней комнаты.

Едва я опустился на один из стульев, как дверь снова открылась и зашел мужчина средних лет с невероятно уставшим лицом. Его будто разбудили сразу, как только он лег спать, и отправили на службу.

— Ли Тэджун? Верно? — уточнил он, глядя на раскрытую папку в его руках.

— Да, это я.

— Хорошо, — он кивнул и опустился напротив.

После того как следователь перечислил мои права и обязанности, он предложил вызвать адвоката, но я отказался. Зачем он здесь нужен? Я ничего преступного не сделал. Следователь с облегчением выдохнул и попросил рассказать, что случилось на парковке у «Гладиаторов Сеула».

Само собой, я не стал говорить о том, что вмешался в бой и запретил Молоту калечить Зевса. Поэтому начал с того, что Ко Ын вытащил биту и ударил барана.

Следователь внимательно выслушал, сделал какие-то записи и ушел, не сказав ни слова.

* * *

— Ман Джун, тебе не кажется, что это тот самый парень, который остановил машину? — сказал полицейский Чо Мён и пригубил горячий кофе из бумажного стаканчика.

Они с напарником стояли по другую сторону зеркала и наблюдали за Ли Тэджуном, который заступился за барана.

— Похож, — кивнул Ман Джун и укусил сэндвич с копченной курицей. — Запись на камере зоомагазина мутная, поэтому четкого изображения не смогли получить.

— Нужно будет спросить у него. Если это и в самом деле он, то ему полагается государственная награда. Неизвестно, сколько людей бы погибло, если бы неуправляемая машина выехала на оживленный перекресток.

— А еще тот чудо-пес. Он же не подпускал людей к дороге, пока его хозяин не остановил машину. Такие сообразительные псы и нам бы не помешали.

— Дрессура высшего пилотажа. Нашим кинологам далеко до такого уровня, — Чо Мён допил кофе и вышел в коридор, где хотел поймать Тэджуна, прежде чем его отпустит следователь.

* * *

Прошло минут двадцать, прежде чем дверь снова открылась. Я уже был порядком раздражен тем, что трачу на эту ерунду столько времени, но даже мысли не возникло, что не надо было вмешиваться, и позволить этому ничтожеству Ко Ыну обращаться с бараном так, как он считал нужным. Нет! Я против насилия над животными и никогда не закрою глаза на беззаконие.

— Господин Ли, вы можете быть свободны. Запись с камер видеонаблюдения подтвердила ваши слова. Ко Ын первым напал на вас, а вы всего лишь защищались. Прошу простите, что нам пришлось задержать вас, — сказал следователь и поклонился.

— Что будет с Ко Ыном? — уточнил я.

— Это решит суд, но думаю, что его оштрафуют.

— А баран? Какова его судьба?

— Сейчас он в ветеринарной клинике. Врачи выяснили, что у него сломано два ребра и трещина на черепе. Возможно, это последствие сражения. После оказания необходимой помощи его вернут хозяину.

— Ясно. Надеюсь, с ним провели беседу о том, что не стоит издеваться над животным?

— Да, конечно. Камера зафиксировала момент удара, поэтому за это он тоже получит заслуженное наказание.

— Хорошо. Я доволен этим.

Следователь вернул мне телефон и открыл дверь кабинета. Как только я вышел в коридор, ко мне тут же подошли два сотрудника, которые и привезли меня сюда.

— Не надо извинений. Это всего лишь ваша работа, — махнул я рукой, не дав им возможности кланяться и просить прощения.