В начале осени губернатор отправил в Лондон очередную жалобу на своего заместителя. В письме госсекретарю Уильямсону, датированном 20 (30) сентября, лорд Воан отмечал, что, согласно показаниям капитана Напмена, «истинной причиной» крушения корабля «Джамайка мерчент» был сэр Генри Морган. С каждым днем Воан «все больше убеждался в неблагоразумности и непригодности» Моргана заниматься гражданским управлением. По его словам, сэр Генри «так уронил себя и свой авторитет в Порт-Ройяле, предаваясь пьянству и азартным играм в тавернах», что губернатор готов был сам отстранить его от управления делами «ради репутации острова и безопасности этого места».

Однако 6 (16) декабря Уильямсон ответил из Уайтхолла, что он «с сожалением узнал о недоразумениях между его превосходительством и сэром Генри Морганом», и пожелал Воану наладить дружеские отношения со своим заместителем.

15 (25) декабря в Совете Ямайки были зачитаны новые инструкции, полученные из Лондона, согласно которым Моргана следовало ввести в состав совета с принятием соответствующей присяги. Кроме того, Морган был назначен председателем адмиралтейского суда, в состав которого вошли два его заместителя и несколько офицеров. По замечанию Жоржа Блона, свои позиции сэр Генри сохранил «благодаря разъедающей силе золота, откровенному подкупу и интригам».

23 января (2 февраля) 1676 года состоялось очередное заседание Совета Ямайки, на котором присутствовали губернатор, сэр Генри Морган, полковники Джон Коуп, Чарлз Уитфилд и Энтони Коллир, а также подполковники Роберт Биндлосс, Томас Фаллер и Джон Уайт. Среди прочих дел совет рассмотрел рапорт Моргана о «грубых и неприличных словах и поведении» полковника Уильяма Айви по отношению к губернатору «в его собственном доме» и просил, чтобы полковник Айви отчитался о своем поведении перед членами совета на следующем заседании.

Несмотря на рекомендации государственного секретаря Уильямсона, предлагавшего лорду Воану найти возможность помириться со своим заместителем и действовать «в одной упряжке», конфликт между двумя высшими должностными лицами Ямайки продолжал тлеть, то затухая, то разгораясь с новой силой. 2 (12) февраля Морган писал Уильямсону:

«Благородный сэр,

ваше письмо от 16 июля теперь у меня, за которое, как и за все прочие ваши любезности, я покорнейше благодарю вашу честь так, как только преданное и обязанное сердце может сделать. Мне очень жаль, что я не смог ответить на ваши срочные распоряжения; ибо, по правде сказать, имея мало возможностей управлять, я не мог дать вашей чести полный отчет о состоянии острова, осмотреть который Его превосходительство [лорд Воан] пока не позволяет мне… Но если ваша честь сочтет сие возможным, я думаю, что для пользы службы Его Величества мне надо разрешить получать его приказы через вашу честь. Тогда я смогу приложить все мои усилия, дабы удовлетворить вас в оном…

Ваш послушный и покорный слуга

Спустя три недели видный ямайский общественный деятель и плантатор Питер Бекфорд писал Уильямсону, что на острове по-прежнему существуют «определенные разногласия» между лордом Воаном и сэром Генри Морганом, но не взял на себя смелость определить, кто же из них виноват в этом. Бекфорд также сообщил, что губернатор переехал из Спаниш-Тауна в Порт-Ройял, чтобы лично препятствовать выходу оттуда флибустьеров и приобретению ими французских каперских свидетельств. Воан не сомневался, что флибустьеры, околачивавшиеся в Порт-Рояйле, пользовались тайной поддержкой Моргана и Биндлосса.