Тем не менее Николас был потрясен. Грап оказался прав — как всегда.

— Что ж, служба есть служба, — сказал он, как обычно, не опасаясь признать свою неправоту. — Но я это сделаю на свой лад.

— Лорд Дерби будет ждать тебя в клубе «Уайтс» в восемь часов, чтобы составить личное впечатление о тебе, как поступил бы любой добрый отец. Если ты пройдешь испытание, а я уверен, что так оно и будет, отправляйся в Грейнджерфорд самостоятельно и выполни свой долг. Если все пройдет хорошо, то к концу вечера ты будешь обручен.

— Да поможет мне Бог!..

Грап бросил ему что-то. Николас поймал вещицу налету и пригляделся к ней. То было кольцо. Очень красивое.

— Оно принадлежало твоей матери, — сообщил мистер Грап. — Поглядишь на него и, быть может, обретешь силу духа.

Глава 3

— Вы — юная леди с цветами ромашки в волосах!

Эти слова, произнесенные с очень сильным русским акцентом у нее за спиной на балу у Грейнджерфордов, едва не заставили Поппи подпрыгнуть на месте.

Она глубоко вздохнула, повернулась и увидела перед собой джентльмена крепкого сложения с широкими плечами и большими усами, одетого в мундир офицера русской армии.

— Уберите их! — заявил он, указывая подбородком на ее голову.

Поппи до крайности смутилась, но тем не менее высоко подняла голову и спросила подчеркнуто холодным тоном:

— Почему?

Каждый раз, когда Поппи выезжала в большой свет, она старалась, чтобы на ней было одно из украшений, перешедших к ней от матери, например, прелестный мамин перламутровый браслет или мамины перстни. Иной раз надевала на ноги мамины любимые матерчатые туфельки без каблука, с вышитыми на носках павлинами. На эти туфельки уже дважды приходилось ставить новые подошвы. Случалось, набрасывала на плечи мамины бахромчатые шали или украшала прическу цветами, как это сделала и сегодня.

Красивая молодая женщина с блестящими черными волосами, уложенными в причудливую прическу, выступила; из-за спины мужчины. На ней было нарядное платье из ярко-алого шелка, украшенное затейливым шитьем черного цвета, на шее — тяжелое бриллиантовое ожерелье, на пальцах множество колец.

То была Наташа, сестра Сергея.

Поппи забыла о своей обиде, настолько ее взволновала эта первая личная встреча с княгиней. Она обладала той же смуглой красотой, что и ее брат-близнец.

Неужели это Сергей стоит позади нее? Поппи целую неделю провела в надежде увидеть его, но теперь им пришлось бы знакомиться заново.

Княгиня посмотрела на лицо Поппи, на ее платье, прическу — и улыбнулась немного смущенной улыбкой.

— Представьте нас, пожалуйста, — обратилась она к одному из тех, кто окружил ее за последующие несколько секунд. Двоих Поппи узнала — то были приятели ее отца из состава парламента.

Мужчина в офицерском мундире, возможно, телохранитель княгини, отошел в сторону. Один из англичан, лорд Уайетт, сделал шаг вперед и откашлялся.

— Княгиня Наташа, позвольте познакомить вас с леди Поппи Смит-Барнс, дочерью овдовевшего графа Дерби.

Поппи наклонила голову и произнесла:

— Считаю за честь познакомиться с вами, княгиня.

Леди Наташа тоже наклонила голову.

— Я вижу у вас в прическе русские цветы, — проговорила княгиня на безупречном и благозвучном английском языке.