– Это рус, подполковник Щедрин, – представила я.

    – Ру-ус… – протянуло несколько голосов.

    – Да. И он очень устал, – твердо сказала я. Эта фраза-сигнал означала то же, что и белая маска или белая метка у гейши – секс не предлагать.

    – Какое хамство с твоей стороны, привести такого красавчика-руса уставшим! – тут же отозвалась неугомонная Искра. Девчонки дружно рассмеялись, как будто колокольчики зазвенели. Несмотря на мое предупреждение, ни одна не отвела глаз, каждая флиртовала взглядом.

    – Ну, спасибо, ВикСин, удружила, – раздался наигранно злой голос Грюнда. – Котята получили новую игрушку, и старые заброшены.

    Зефир и Снежинка тут же подскочили к Грюнду и поцеловали его в щеки с двух сторон, причем Зефир пришлось для этого подпрыгнуть.

    Щедрин потихоньку оправлялся от шока. Девчонки попытались забросать его вопросами, но я опять пресекла их попытки.

    – Бука! Если привела его для себя, так и скажи, – нежным голоском пропела Снежинка.

    – Вы меня удивляете, девчата, с каких пор принято на гостя с вопросами набрасываться? – пристыдила я их.

    Перебивая девчоночий щебет, Грюнд познакомил нас с хозяевами вечера, все трое трудились в сфере гражданской безопасности – выездные следователи, занимались делами, не входящими в юрисдикцию шерифов.

    Короче, через десять минут статус-кво был восстановлен, девчонки вернулись к следователям, и только Искра и Снежинка остались со мной и русом. Они наперебой рассказывали новости, не забывая бросать взгляды на Щедрина. За последний год многие повыходили замуж, вон и Зефир собралась. Действительно, Зефир уделяла внимание только одному мужчине, в то время как остальные красавицыуспевали стрелять глазками во всех направлениях.

    – А как дела у Лютика? – спросила я. Лютик, увы, не могла или не любила себя сдерживать в желаниях и была явным кандидатом на ношение черного браслета. Ведь одно из главных умений гейши – балансировать между неприступностью и уступками нормальным человеческим желаниям. С одной стороны, женщина, которую невозможно завоевать, неинтересна. С другой – та, которая достается легко, вчера одному, а послезавтра другому, уже не гейша, а «черный браслет».

    – Лютик! Представляешь, она замуж вышла! – жарко зашептала Снежинка.

    – Ты что!..

    – Да! Такая любовь! Он – Бялко, персональный ранг – второй. И где только они встретились, непонятно. Но он ее за шиворот и к себе в дом, а она… Представляешь, она счастлива. Сейчас уже с животиком, маленьким пока.

    – Да, Судьба иногда улыбается, – ответила я. Хорошо, что Лютику попался такой человек, который может взять за шиворот, ей такой и нужен был.

    Тем временем зазвучал моди-ситар, приглашая к танцу.

    – Саламандра, ты будешь танцевать? – строго спросила Искра. Я отрицательно покачала головой.

    – Ну и ладно. Хотя жаль… Я буду танцевать для тебя.

    Она выскочила в круг и закружилась, в ее движениях не было сексуальности, лишь радость и сила.

    Щедрин смотрел на это со странной смесью удивления и неверия. Как иногда тяжело понять иностранцев.

    – А почему Саламандра? – спросил Грюнд.

    – Потому что, танцуя, поджигает помост, – со смехом отозвалась Снежинка.