Было еще одно дело, которое я задумала, после того как бабушка посоветовала мне поторопиться с детьми. «Была счастлива, потому что один сын взлетел, а один остался рядом», так вот мои дети все взлетят, на всех свалится та же ответственность, что и на меня, а я бы очень хотела, чтобы хоть один мой ребенок имел шанс на беспечную жизнь. Инорождение сына от Вольфа оплатил отец, у меня же имелись собственные деньги, которые я и собралась потратить самым синтским образом.

    Я заключила контракт с генохранителями, они приедут в нужный день ко мне в поместье. Снежинка по моей просьбе условилась с Эфенди о тайной встрече. Он поначалу отказывался, но на то Снежинка и гейша, чтобы уметь уговаривать и завлекать. Придя на встречу, Эфенди неожиданно для себя был отвезен ко мне в поместье. Снежинка попросила Эзру показать ей парк, и мы с Эфенди остались наедине.

    – Лин, я очень рад тебя видеть, но что случилось? К чему такие сложности?

    Из вредности мне захотелось подколоть его.

    – Не хочешь проблем?

    Он подошел ко мне и обнял за плечи, глядя в глаза.

    – Не хочу проблем для тебя. И… я помню о своей клятве.

    Тут раздался вызов с ворот, и я тут же открыла, чтобы Эзра, по возможности, не знал лишнего.

    – Я генератор проблем, Эфенди. Это мое уже официальное прозвище, – сказала я. – Это генохранители.

    Он все понял. И ничего не сказал.

    Через час я сидела, укутавшись в плед, а генохранители колдовали в выделенном им кабинете. После изъятия клетки всегда морозит и тоскливо на душе, наверное, есть этому научное объяснение, но сейчас я была расстроена и раздосадована поведением Эфенди. Я не ожидала, что он воспримет все молча, по-рабски. Неужели я ошиблась в нем, и он такой же бесхребетный, как и его коллеги?

    Бесшумно открылась дверь, донесся аромат травяной настойки, Эфенди молча поставил передо мной чашку, избегая смотреть в лицо.

    – Лин, наверное, у меня нет права… но не спросить я не могу. Какую судьбу ты уготовила этому ребенку? – смотря в пол, спросил он.

    У меня отлегло от сердца…

    – А какой судьбы ты бы хотел нашему ребенку? – спросила я.

    – Ты его признаешь? Будет Викен-Викен? Зачем? – с болью спросил он.

    Хватит его мучить… Проверила…

    – Это будет девочка, и она будет Рокен-Тири. Это будет только твоя дочь.

    Эфенди впился в меня взглядом, пытаясь понять, что же у меня на уме.

    – Я хочу, чтобы она до семи лет росла с тобой, хочу, чтобы ты нашел ей хороших воспитателей, чтобы она была веселым и умным ребенком. К семи, ко второму тестированию, и определится ее Судьба. Я не хочу заранее как-либо определять ее место в жизни, пусть это будет чистый лист. Но, Эфенди, я тебе не прощу, если она вырастет ничтожеством. Ты меня понял?

    – Да. Значит ли это, что если после тестирования поступит предложение от Синоби, я должен буду его отклонить?

    Мне очень хотелось сказать: «Да, конечно».

    – Делай так, как будет лучше для твоей дочери, – четко сказала я.

    Он кивнул.

    – Я оправдаю твое доверие, Лин, – тихо пообещал он.

    – В крайних случаях – обращайся. Генохранителям все будет оплачено, остальное за тобой.

    Он кивнул.