Изменить размер шрифта - +
На крыше шли бои, у главного входа тоже. Остается только наш разлом и надежда, что боевики Кизли и Омана слишком сосредоточились на главном входе, чтобы оббегать немаленькую резиденцию в смутной надежде на незащищенный ход.

    Когда вошли в первый внешний круг, включили грави-щиты на максимум и буквально бежали, на любой шум или движение были готовы забросать гранатами… Никого… Разлом… Землеход… В том же состоянии как и оставили.

    – Танк… – удивленно сказала кошка.

    – Рус-пол, знаешь как проверить эту машину на внешнюю взрывчатку? – спросил Викен.

    – Знаю, но гарантий дать…

    – Вперед – и лорд отдал ей ключи.

    Кошка послушно выскочила наружу, она и так дрожала от холода, а тут ее буквально скрючило. Тем не менее сбежав по камням, она тут же залезла под брюхо землеходу, потом осмотрела и ощупала выхлопную трубу, проползла осматривая колеса и гусеницы, после открыла кабину и завела машину, попытавшись его отвести назад. Землеход дернуло туда-сюда, он отполз чуть назад и остановился. Викен стоял застыв. Да уж, ему надо принять решение, уйти оставив проблему нерешенной или рисковать.

    – А Раффер? – спросил Абель Викена, тот задумчиво покачал головой.

    – О нем позаботились без нас…

    Лорд набрал в грудь воздуха…

    – За мной.

    Я шел последним. Небо было чистым, ни одного флаера.

    В кабине было тесно, пятеро это не трое. Кошка и Белый дрожали от холода почти синхронно. Мы удалялись от резиденции, я с оружием в руках всматривался в визор, опасаясь флаеров, нас сбить, как плюнуть. Абель помогал белому натянуть припасенный для него комбинезон, они возились минут десять учитывая, что пространства для маневров не было.

    – А у вас нет еще одного? – жалобно спросила кошка.

    – Нет – отрезал Викен.

    – Я ж сдохну от переохлаждения – обозлилась она.

    – Рус-пол, я пообещал тебя не убивать, а не заботиться о тебе.

    – Прекрати называть меня рус-пол! – уже в бешенстве прокричала она. Знакомая ситуация, знакомые интонации.

    – У тебя есть пять минут чтоб доказать свою полезность и лояльность.

    – Полезность и лояльность, – горько усмехнулась она, улыбка наоборот, задранные вверх уголки рта скорбно опустились.

    – Я была полицейским на Сибире, хорошим полицейским и полной дурой, поверила одному, совершила должностное преступление, меня начали шантажировать, вы ж знаете… Сибирские алмазы… Это вообще одна из самых неспокойных и опасных планет федерации, для жизни я имею в виду. Сначала я повелась на шантаж, потом когда захотели… В общем уволилась и смылась с планеты. Мне было все равно куда, а один скоробогач хотел развлечений, вот я и согласилась его сопровождать. Думала не так страшен черт, как его малюют. Все шло хорошо, мы были в Хайсити, даже в Мидлсити не совались… А за день до отъезда нас взяли прямо в гостинице. Спокойно так, вежливо, с улыбками наставили пистолеты, попросили не дергаться и не переживать, и увели… Того… выкупили, а я осталась. Когда сказали, что будут делать хоул, я даже обрадовалась, мне к тому моменту было уже все равно. Я и так все потеряла, хоть бери да мозги свои испаряй, а тут все сделают за меня, грех на душу брать не придется. Но нет! Изуродовали, но не стерли.

    – Папакарлы всегда чистят память и накладывают личину.

Быстрый переход