Через минут пять я не выдержала и рассмеялась. Каков, а? Похоже, ему даже не приходится запугивать подозреваемых.

    – А вы сами допросы проводите?

    – Уже нет, а что?

    – Да так, подумалось, что вам, наверное, выбалтывали все без всякого нажима.

    Он улыбнулся.

    – Кстати, ты считаешь меня уродом?

    Ну и повороты у нашей беседы, и это притом, что не можешь нормально посмотреть в глаза собеседнику – красные светочувствительные глаза альбиноса закрыты линзами так, что почти не видно зрачка. Дискомфортно.

    – А вы считаете меня красавицей?

    – Нет, и я первый спросил.

    – Нет.

    – Что нет?

    – Я не считаю вас уродом. И вообще, в вас можно запросто влюбиться.

    – Вот как? Из тебя бы вышла хорошая гейша, они влюбляются, во что ни попадя.

    Меня покоробила эта фраза, стало обидно за нас всех: Лану, себя, девчонок.

    – Если вы «западаете» на красивых дур, это только ваши проблемы. Нормальная умная женщина предпочтет умного человека красивому. И не надо оскорблять гейш – наша семья такое воспринимает очень тяжело.

    – Нормальная равно умная?

    – А что? Все бабы дуры?

    – Ага, а кто не дуры, те стервы.

    – М-да… Ваше право. – Я отвернулась и стала рассматривать пейзажи под нами.

    – Нет, скажите, если бы вы выбирали между мной и тем же Соболевым, кого бы вы выбрали? А? – Ужас, чего он так завелся? У него что, потоптались на сердце недавно?

    – Неправильные условия задачи, ведь вы оба умные. А вот если между вами и каким-нибудь пустышкой-донжаном, то выбор был бы в вашу пользу, – я говорила, глядя на полосатые поля.

    – Вот, значит, как, спасибо. А ведь он, Соболев, пытался вас защитить… Почему?

    Я пожала плечами.

    – Лорд некст Грюндер, вам не кажется, что беседа приняла какой-то не тот оборот.

    – А что? Скоро вы улетите…

    Меня накрыло удушливой волной ярости, мир стал черно-белым.

    – Я улечу и вернусь, лорд некст Грюндер, а вы тупица, и в будущем не раз пожалеете о своей тупости.

    Грюндер сгруппировался, приготовившись защищаться.

    – Тише, тише девочка. Я просто заигрался. Мне надо было тебя прощупать, уж очень противоречивая информация о тебе. Ну же…

    Это было похоже на то, как успокаивают коня.

    – Я не сбросил тебя со счетов, как Соболев, – продолжил он. – Ласточка моя, я очень хочу, чтобы ты вернулась, никто мне еще так не нравился с первого взгляда…

    Я вышла из боевого транса и отвернулась к окну, у меня не осталось сил, было все противно, я не могла понять, когда он врал, раньше или сейчас. Я сыта по горло лордами-безопасниками, однозначно.

    – По одним данным выходило, что ты дурочка, влюбленная в донжана, потом информация о твоей дуэли и тройном убийстве… – Меня передернуло от этих слов. А он продолжал: – Потом ты сама вела расследование, а потом опять этот донжан и твой «завис» в Доме Красоты на последние деньги.