– Я не нормален. Я какой угодно, только не нормальный.

    Что там говорили предки, кажется: «Как ты яхту назовешь, так она и поплывет». Я уже битый час его называю, плыть он все равно не хочет, наверное, он не яхта. Этот бред носился у меня в голове, разгоняя дельные мысли. Что делать, что еще сказать? Припомнился Совет и имя, резанувшее как нож.

    – Даниэль, мое имя Ара-Лин, и я помогу тебе, ты только дай нам обоим шанс. Не сдавайся сейчас, когда все самое страшное позади.

    Он посмотрел на меня.

    – Ара-Лин… Красивое имя.

    Я улыбнулась:

    – А Даниэль – сказочное, и оно тебе очень идет. – Хорес действительно был похож на эльфа.

    – Оно не сказочное, – удивился он, – оно французское.

    – Да?.. А я думала – эльфийское.

    – Не забалтывай меня, – сказал он грустно.

    – Почему? – я очень мягко применяла то, чему меня учила Лана. – Даниэль, ну пожалуйста, дай нам шанс.

    – Нам – это кому?

    – Мне и тебе. Нам.

    – Нам… А мы есть?

    – Есть. – О, Судьба, во что я играю? Что я обещаю ему сейчас? Что бы ни пообещала – придется отдать. И я обняла его крепко-крепко. Мы стояли на коленях и обнимались, пытаясь раствориться друг в друге, слиться во что-то единое. Эротики в этом не было ни капли. Когда у нас затекли колени и потемнело в глазах оттого, что мы не могли нормально вздохнуть, мы чуть отстранились, Хорес впился мне в руку, и мы пошли ко мне. Само собой получилось так, что мы легли рядышком и уснули – и он спал мало, и я все же была уставшей. Мне было неудобно, он прижимался ко мне так, как будто его уносило при разгерметизации, но я все равно провалилась в сон. Проснулась от того, что на меня кто-то смотрел, не враждебно, но изучающее. Я мгновенно все вспомнила и улыбнулась не открывая глаз. Когда я их все же открыла, то увидела напряженно-вопрошающий взгляд Хореса.

    – Отдохнул? – спросила я с улыбкой. Он моего тона, от улыбки он расслабился и улыбнулся в ответ.

    – Да. Отдохнул.

    Я опять завела вчерашний разговор, только теперь уговаривала его не принимать близко к сердцу подозрения безопасников, не ждать, что к нему проявят чуткость, не возводить на себя напраслину и прочее. Он слушал, кивал, но, похоже, информация от него отскакивала. Я не выдержала.

    – Ты можешь повторить хоть часть того, что я сказала?

    Он повторил все. Я была обескуражена. Разговор наш велся в постели, в которой мы лежали одетые, и хоть мы и прижимались, обнимая друг друга, между нами не было ни намека на что-то сексуальное. Когда я замолчала, мы просто лежали молча, это было так хорошо, все напряжение ушло, нас было просто двое, мы были рядом и ничего большего друг от друга не хотели.

    Не знаю, сколько времени так прошло.

    – Нас встречают, стыковка через пятнадцать минут, – раздался голос Рада из динамиков. Хорес вздрогнул.

    – Уже? – в его глазах заплескалась паника.

    – Пожалуйста, помни все то, что я говорила. Пожалуйста. И жди. Не знаю, год или даже дольше.

    – Год? Я не увижу тебя год?

    – Увидеть, может, и увидишь.