— Да? По данным нашего ведомства ежегодно через территорию России в Европу проходит более 40 тонн наркотиков, из них 13 тонн оседает в нашей стране. Каково ваше мнение по этому поводу.

— Серьезно? А аналитическая служба нашей организации считает, что в России оседает не более десяти процентов героина. Все остальное идет в Европу.

— Ну и кому вы верите, Саранча?

— У меня нет выбора, пожилой следователь, я обязан руководствоваться выводам нашей аналитической службы.

— Хм. Свободолюбивый документ нашего ведомства готовился почти три месяца. Закрытые источники, специалисты, аналитики. Великие, харизматичные мужчины.

— Оставьте. Не нужно загружать свою голову мрачными мыслями. Ваши мужчины харизматичны, пока начальство, грозно глянув, не укажет им на нужные результаты. Это же легко проверить. Возьмите количество героина, потребляемое в Европе, вычтите переправленное через Турцию…

— Да, картинка, которая не смущает только клинических оптимистов. Но основная масса порошка идет через Россию?

— Конечно. Из Афганистана, через Турцию, до Европы границ много. Иран, Ирак… Хлопот не оберешься. Таможня не даёт добро, а берёт, причем охотнее в баксах. Пожилой следователь, а вас действительно беспокоит Гондурас? Какие кремы Вы пробовали?

— О чем вы, Саранча?

— Я аж покраснел от недоумения, но понять никак не могу. Какая вам разница, сколько героина уйдет в Европу? Вас, по идее, должен оставшийся в России порошок интересовать.

— Значит, порошок идет только через Россию? — Нет, конечно. Я же говорил, есть еще Турция. Следующим транзитным звеном стали Балканы, где наркотрафик держится на албанцах и боснийских мусульманах. А уже они везут порошок в Германию.

— Хорошо, следующий вопрос. Какие факторы влияют на то, что маршруты поставки героина меняется?

— Главным образом политические пертурбации. На маршруте Афганистан — Средняя Азии — Сибирь, который является основным, ваша контора наращивает активность. Одна комплексная оперативно-профилактическоя операция «Канал-2004» чего стоила. Поэтому многие стали переходить на маршрут Афганистан — Средняя Азия — Дагестан или Средняя Азия — Калмыкия. И в Дагестане, и в Калмыкии, если проплатить местные власти, то любые проблемы исключены и никакие милицейские структуры, даже московские, помехой являться не могут. Это очень удобно. Я вам, по-моему, это уже рассказывал.

— Далее Астрахань. И если спрятать на зашедшую в Астрахань баржу даже тонну героина, то потом эта баржа может беспрепятственно доплыть до Москвы, не вызвав не у кого подозрений?

— Тонна — это все-таки чересчур. Баржи периодически осматривают. Но баржа большая, всюду не влезешь. Да и осмотр все-таки формальный, никаких границ баржа то не пресекает.

— В крайнем случае, можно дать проверяющим пару килограмм икры. Мол, икорку осетровых рыб везу из Астрахани, уж извините братцы, чего по барже шастать, ноги зря топтать. Все как есть сам скажу.

— А что, это мило. Пожилой следователь, спасибо за идею, я предложу это своему начальству. Сами повозить героин не хотите попробовать? У вас обязательно получиться, уверяю вас.

— Саранча, не вгоняйте меня краску. Лесть и похвалу я не выношу органически, сразу размякаю и становлюсь недопустимо добрым. Но меня интересует следующее. А существует ли наркотрафик через Осетию? А если существует, то в чем его преимущество перед остальными?

— Существует. И, потенциально, он очень перспективен.