— Уломал ты меня, охальник. Завтра начнем бомбить связи этой куколки. Дитя она, дурочка. Где-нибудь у своей подружки сидит, максимум день поисков. Я ее, пожалуй, с собой возьму. Девочка нуждается в опоре на надежное мужское плечо, как считаешь?

— Нравится — бери. Все права имеешь.

— Ты мне лучше скажи, как мы на поставщиков героина выйдем?

— Уверенно и спокойно. Ты помнишь, как они нам товар передают?

— Звонят и говорят, куда придти. Когда мы приходили — товар уже был на месте.

— Вот именно. Схема самая что ни есть примитивная. Объясню почему. Пять килограмм героина без присмотра никто не оставит не на минуту, это ясно как день. Кто-то из них провожает товар, пока он не попадет к нам в руки. Вспомни, как мы робота ведем, и Толик роботом командует, и Золушка в одном купе с ним едет. У них все то же самое. Пока мы сумку с товаром в руки не взяли, кто-то из них рядом с сумкой находиться, чтобы гарантировать товар от всяких неожиданностей.

— Ну?

— Баранки гну. Наше дело этого человека найти. Они нам команду по телефону дают, после чего мы на другой конец Москвы едем. А сейчас один из нас на пол часа раньше приедет и проследит, кто все время возле сумки с героином крутится, а после того, как ты возьмешь сумку в руки, я подожду, чтобы их братан на хату отправился, ну а дальше уже дело техники.

— А если ты его не вычислишь?

— Тогда ты мне иголки под ногти загонишь! Не могу я не вычислить, нет тут ничего сложного, Хомяк.

— Значит, мирно их звонка ждем?

— Наоборот, крутимся как вошь на гребешке. Нам до звонка от них с девочкой встретиться нужно. Во-первых, чтобы у тебя яйца не болели, а во-вторых, порошок изъять. Такой хорошей девочке от такого количества героина могут быть одни только неприятности. Ты согласен со мной?

— Конечно. Ноготь, дружище, мы должны защитить ребенка от гнусных посягательств. Тем более что уже к Москве подъезжаем.

— Ты помнишь, где она работала?

— Как же, агентство экстремального секса «Уникум». Разве такое можно забыть?

— Совершенно верно, агентство экстремального секса «Уникум» под художественным руководством господина Аркадия. Старокукоцкий переулок, номер дома забыл. Но мы найдем. Ты, Хомяк, свою бригаду с вещами в Буйноголовку отправь, пусть ребята отдохнут с дороги, а мы сразу бросимся в «Уникум». Пусть Аркадий поможет нашу мадонну с героином найти.

— Здравствуйте, Аркадий.

— Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте. Вас мне послало само проведение. Нет — то знак судьбы! Это рок, который услышал мои молитвы!

— Так вы еще и перед сном молитесь?

— Да откуда? Я даже не знаю, есть ли вообще в Москве синагога. И тем более перед сном. Да и какой сейчас у меня может быть сон? Так, полузабытье, полное ночных кошмаров.

— Что так плохо? Не уж то совсем перевелись в первопрестольной поклонники сексуальных крайностей, и «Уником» захирел в отсутствии спроса?

— Нет, нет, и еще раз нет! Пусть погибну я, но на мое место придут другие. «Уником» — это не просто место эротического отдохновения, нет. «Уником» — это целый пласт столичной культуры, это непрерывность традиции, это новый взгляд на самое интимное, наконец!

— Кончайте триндеть оба. Аркадий, вы можете рассказать без аллегорий, что случилось?

— Хомяк, не вежливо вмешиваться в беседу интеллигентных людей. Чему тебя только в дивизии ВДВ учили. Не обращайте на него внимания, Аркадий. Его хотели наградить медалью толи за взятие Грозного, толи за его оборону, но, хорошенько все взвесив, выперли из армии вообще.