И Матрона Мать Шакти Ханзрин помогла Малкантет сбежать из Подземья, а теперь Первая Жрица Чарри доставила её туда, где Граз'зт не найдет её. Где она сможет творить прекрасный хаос, сея милые её сердцу убийства.

— Терпение, — сказала себе Малкантет, королева суккубов. За короткое время, проведенное на шее солдата, она смогла достаточно углубиться в его мысли, чтобы понять — он простак и незначительная фигура. Он просто испытывает украшение по велению короля.

— Да, короля, — промурлыкала Малкантет в своей межпространственной темнице. — У короля есть королева?

Он не стал стучаться. Просто ворвался, внезапно с огромной силой распахивая дверь. Это так удивило бедную Концеттину, что она испустила крик, прежде, чем узнала Ярина.

— Ты меня напугал! — запротестовала она.

Он рванулся прямо к ней, толкая на кровать и начиная расстегивать свою одежду. На его шее показалось безвкусное ожерелье из золота и драгоценных камней.

— Ни слова, или почувствуешь силу моих рук, — предупредил он, слегка шепелявя. Видимо, он нашел путь к бару прежде, чем направиться в комнату Концеттины.

Она смотрела на ожерелье, не смея спросить, откуда оно взялось.

— Тебе нравится, да? — спросил Ярин, и Концеттина просто кивнула. Она врала с вдохновением, ибо, разумеется, думала, что эта показная вещица выглядит отвратительно.

— Подходит королю, да?

Она снова кивнула.

— И я король! — заявил он. — Король Дамары! А знаешь, что еще подходит королю, женщина?

Испуганная Концеттина покачала головой. Она отметила в прихожей несколько стражей. Совершенно голый Ярин, который с остервенением срывал с женщины одежду, даже не удосужился закрыть за собой дверь.

— Наследник! — крикнул он. — И ты родишь мне его. И как можно скорее! Знай, что мое терпение кончается, глупая девчонка!

Он бросился на неё, заставляя женщину прижать руки к телу. Концеттина просто закрыла глаза, стараясь не плакать. Она не знала, затворили ли стражники двери или теперь стоят там, наблюдая.

У неё просто не хватало сил заботиться о таких мелочах.

ГЛАВА 15

— Выпускай, — донесся над пропастью голос мага.

Бренор отвернулся от маленькой комнатки, бросая взгляд на Громфа и остальных, собравшихся вокруг ямы. Люди были глубоко погружены в колдовство. Он хотел, чтобы там, среди них, была Кэтти-бри. Хотел, чтобы приказ исходил от неё. Так, он смог бы заручиться хотя бы толикой уверенности в том, что время для знаменательного события действительно настало.

Закрыв глаза, Бренор вспомнил свой последний визит к Трону Дворфских Богов. Тогда он передал все их чаяния, хотя, разумеется, не мог узнать, пересек ли его зов планы существования, чтобы долететь прямиком до ушей Морадина, Клангендина и Думатона.

Однако в этот раз трон все же не запустил его в стену, как это случилось в тот день, когда благочестивые слушатели были не согласны с сердцем короля.

— Они не могут держать двеомеры вечно, глупый дворф! — прорычал Громф, и Бренору пришло в голову, что приказ мог быть подкреплен толикой магического принуждения. Прежде, чем он смог подумать о собственных действиях, рука дворфа потянулась к рычагу контроля элементалей и дернула за него.

Бренор задержал дыхание, и приток воды с потолка остановился. В то же мгновение раздался грохот. Пол пещеры задрожал.

Со своего поста Бренора не мог видеть ямы. Он не смел оставить рычаг без присмотра, не смел даже разжать рук, готовый в любое мгновение потянуть его назад, снова выпуская водных элементалей на пламя Предвечного. Но он видел Громфа.