И этот яркий синий цвет только подчеркивал глаза, что преследовали Дзирта До’Урдена большую часть его жизни. Без сомнения, они же последуют за ним в ту реальность, что ждет его после смерти.

Теперь дроу видел в этих глазах глубокую печаль, которая ранила его, несмотря на то, что он знал правду. За ним наблюдает вовсе не Кэтти-бри.

Он так засмотрелся на женщину, что не заметил, как подошел Бренор.

— Ты пойдешь и сделаешь, что нужно, эльф, — сказал дворф.

Дзирт глянул на него сверху вниз, и Бренор протянул ему руку.

— Знай, что здесь, в Гаунтлгриме ты всегда найдешь свой дом. Даже если меня не станет, — добавил король дрожащим голосом. Когда Дзирт принял его руку, дворф резко дернул эльфа вниз, заключая в объятия.

— Друзья навечно, — едва смог прошептать Бренор. Он не выпускал Дзирта некоторое время, и тот чувствовал, что дворф изо всех сил пытается — безуспешно — взять себя в руки.

В тот момент Дзирт осознал истину. И каким же дураком он себя почувствовал. Как он мог сомневаться в ком-то из них? Это не обманка Ллос. Это Бренор, просто Бренор. А это — Кэтти-бри, его любимая.

Как он мог быть настолько глуп, чтобы возомнить иное?

Он отодвинул Бренора на расстояние вытянутой руки и широко улыбнулся.

Но потом снова нахмурился, понимая, что снова обманут. Не вспыхнул ли сейчас в глазах Бренора огонь Абисса?

Он коротко кивнул и развернулся, отходя к ожидающей его драконице. В памяти он сохранил этот последний образ Кэтти-бри — решительно стоящей, плотно прижав руки к телу, с каштановыми прядями, выбивающимися из под платка и развевающимися на ветру. И её глаза… эти глаза…

Дроу остановился у бока своего странного скакуна. Он решил не оглядываться, решил не поддаваться бесполезным и глупым надеждам. Ведь это подарит Ллос победу, полностью уничтожив его.

Дзирт забрался в седло, но женщина снова оказалась рядом, и он не смог игнорировать её присутствие.

— Я знаю, что ты вернешься ко мне, — сказала она.

Дзирт взглянул на неё со спины Тазмикеллы, а потом закрыл глаза, пытаясь оттолкнуть прочь реальность, скрывающуюся за поверхностью этих обманчиво прекрасных глаз. Он напомнил себе, что это не Кэтти-бри. Это был величайший план, величайший обман, созданный, чтобы уничтожить его.

Открыв глаза снова, он увидел, что Кэтти-бри протягивает ему знакомую фигурку.

— Гвен принадлежит тебе, — тихо сказала она. — Возьми её с собой.

Дзирт отшатнулся и покачал головой. Все это не имело никакого смысла.

— Возьми её! — умоляла Кэтти-бри. — Она только твоя, любимый. Друг, который всегда был и будет с тобой. Быть может, она поможет тебе найти путь в этом лабиринте.

Несмотря на предупреждающие крики, доносившиеся из глубин разума, у дроу не хватило сил отказаться. Он протянул руку и принял ониксовую фигурку пантеры. Отворачиваясь снова, он подумал, что мог ошибаться насчет природы и ожидаемых ходов этой грандиозной ловушки. Быть может, ложь заключалась не в Кэтти-бри, а в Гвенвивар.

— Ох, умно… — прошептал он, пытаясь проследить за ходом своих мыслей.

Но нет, это бессмысленно. Гвен была с ним всегда, всю его взрослую жизнь. Обманчивым было возвращение дворфа, женщины, Вульфгара и Реджиса.

Или же это началось еще раньше?

В таком случае, что можно считать реальным?

— Джарлаксл сказал тебе не ждать меня, — холодно ответил он. — Это прощание.

— Но как же я могу не ждать тебя? — с грустной улыбкой, которая пронзила и разорвала в клочья сердце Дзирта, спросила Кэтти-бри. — У меня нет выбора.

— Не… — начал Дзирт, но Кэтти-бри прервала его.