— Вы уже справились? — встретил меня один из полицейских, тревожно посматривая в сторону фонтана.

— Подождите, ещё нет, — обошёл я его и миновал толпу.

Отпрыск Стрельникова быстрым шагом направлялся в сопровождении двух перекачанных шкафов в сторону тонированного джипа. Казалось бы, всё у него схвачено, да не всё.

— Ваня, помогай. Охрана на тебе, — произнёс я в микрофон.

Два здоровяка взмыли в воздух, роняя защитные артефакты. Стрельников-младший замер, ровно потому что очутился в антимагической ловушке.

— Куда это вы собрались, сударь⁈ — ухмыльнулся я. — А как же ответить за свои действия⁈

— Отпусти! — забился в куполе этот мелкий негодяй. — Иначе пожалеешь!

— Ничему вас жизнь не учит, шалопаев, — подошёл я к нему. — Ты зачем это устроил? Очередной прикол?

— Тебе какая разница⁈ Отпусти! — взвизгнул отпрыск.

— У вас будут проблемы с графом, оставьте нас в покое, — резко ответил болтающийся в воздухе телохранитель.

Иван опустил его на землю, затем повысил гравитацию. Да так что здоровяк заскрипел зубами, падая на четвереньки и пытаясь преодолеть сопротивление.

— А ты не влезай, пожалуйста, — процедил Иван. — Твоё дело было охранять, с чем ты не справился. Вот и помолчи.

— Отец! Меня поймали! — крикнул в телефон Стрельников-младший. И как он успел его достать⁈

Иван вырвал средство связи из рук парня при помощи антигравитационного луча, затем переправил по воздуху в свои руки.

— Да, ваш сын пойман, — ответил Иван в трубку. — Он совершил преступление. Передаём его полиции.

Он сбросил звонок, кидая телефон подошедшему полицейскому. Тот выглядел очень бледным и растерянным и кое-как поймал средство связи, которое вновь заиграло мелодией.

— Да, — поднял он трубку. — Да, Лаврентий Ильич… Отпустить под расписку? Немедленно? Но… он покушался на жизнь людей. Нужно отвезти его в участок… Составить протокол…

Я понимал, к чему идёт дело, и набрал Петрушева. Что-то часто мы с ним контактируем в последнее время. Но ситуация сейчас такова, что этого парня отпустят, и так было понятно. А когда паршивец отделается штрафом, вновь что-нибудь затеет, на этот раз нечто более опасное.

Палыч был полностью согласен с моим убеждением.

— Вот же паразит, — прошипел он в наушниках. — Его могут отмазать, понятно! Надо бы подержать этого сукиного сына за решёткой, чтобы в чувство привести.

— Но дело идёт к тому, что откупятся, — печально выдавил Даниил.

— Не получится, — ухмыльнулся я и переключился на разговор с Петрушевым.

— Да, Александр, я слышал сводку, весь отдел подняли, а потом дали отбой, — услышал я из динамика голос следователя.

— Его надо наказать, Егор, — решительно произнёс я. — Парень чёрт те что творит. Пусть задумается. А если он в следующий раз в прикол вызовет высшего демона? Ты понимаешь, что это бомба замедленного действия?

— Да, я понимаю, — засопел в трубку Петрушев. — Это не мой участок, но я сейчас приеду. С коллегами своими сам договорюсь, и дело забираю себе. Никто не решится его вести, все боятся связываться со Стрельниковыми.

— А ты будешь? — спросил я.

— Меня так просто не запугаешь, — засмеялся Петрушев. — Жди, скоро буду.

Стрельников-младший всё это время пытался выбраться из антимагического кокона, затем принялся оскорблять полицейских, спасателей и всех, кто собрался вокруг и принялся снимать на камеры смартфонов.

Подъехало усиление от Стрельникова.