Где все? Ворон. Рыжик. Мэриэн… Где Мэриэн?

Вон она. Стоит над вылетевшим из седла блэкгардом и рубит его мечом. Наотмашь. Как колоду. Клинок уже потемнел от крови, иззубрился, а черный паладин все никак не хочет умирать: шевелится, силится подняться. Пытается дотянуться до меча…

Оставшиеся двое блэкгардов уже заканчивают разворот, безжалостно топча лошадьми мечущихся в неразберихе разбойников. Вороненая сталь их доспехов, кажется, втягивает в себя свет. Мечи на изготовку. Еще немного и…

Макс судорожно сглотнул.

Хвататься за меч было бесполезно. Макс даже не стал пытаться. Опытный, бывалый геймер, прошедший не один десяток виртуальных миров, он прекрасно умел соизмерять силы и знал, когда следует вступать в бой, а когда лучшим выходом станет бегство.

Сейчас как раз второй случай.

Да, одного блэкгарда удалось свалить, и Мэриэн уже готовится лихим ударом встретить следующего врага. Но вряд ли тех двоих, что сейчас разворачивают коней в полусотне метров вниз по дороге, удастся одолеть столь же легко. Тем более что серьезных боевых заклинаний осталось всего два, жизни уже едва ли не меньше половины, а голова [удит как колокол. Да и Мэриэн… Что там у нее на боку? Кровь? И вряд ли чужая – под чужой не будет столь сердито топорщиться вспоротыми звеньями пробитая кольчуга… И когда только успели.

Да и разбойников не стоит сбрасывать со счетов. Трое из них уже насели на Рыжика. Два коротких меча, булава и метровый обрывок цепи против лекарского походного посоха. Пока еще он держится, но вряд ли это продлится долго. Серый от пыли балахон кое‑где уже расцветили влажные пятна. И помощи ему ждать неоткуда – брошенное тело Ворона по‑прежнему недвижимо лежит в кустах.

Если не принимать во внимание возможность начать игру заново, то оставалось только одно…

– В лес! – надсадно закричал Макс. – Уходим в лес!

Мэриэн среагировала сразу, – видимо, тоже понимала, что дела плохи. Прыжок, кувырок, взмах меча, протяжный звон отлетевшего в сторону метательного ножа– Макс машинально отметил, что сам бы он этот бросок, скорее всего, пропустил, – и воительница с треском вломилась в густой придорожный кустарник. А вот Рыжику пришлось гораздо хуже. Мало того что вокруг него по‑прежнему крутились усмотревшие легкую добычу разбойники, так еще и один из блэкгардов, временно потеряв из виду Мэриэн, решил обратить внимание на с трудом успевающего отбивать сыплющиеся со всех сторон удары лекаря.

Громко крича, Макс бросился наперерез.

От первого удара он увернулся. Второй удалось заблокировать, хотя рукоять меча при этом едва не вывернулась из ладони, а рука онемела почти до самого плеча. Минус две единицы жизни. Показатель силы у черного паладина был более чем высок.

Бросив леворучный меч, Макс схватился за рукоять сразу двумя руками. И все равно едва удержал меч, когда сверху, высекая искры, обрушился удар вороненого лезвия. Еще минус единица. Валясь на колени, Макс наобум ткнул мечом куда‑то вбок и вверх, за что был вознагражден глухим скрежетом вспарываемых доспехов и повисшей на кончике клинка крохотной каплей крови.

Раненый блэкгард не издал ни звука, не снизошел до этого. Лишь только стиснул в кулаке поводья, вознамерившись во что бы то ни стало разобраться с этой посмевшей куснуть его наглой мошкой. Под шлемом багровыми угольками ненависти полыхнули глаза.

Облизнув губы, Макс отступил на шаг. Краем глаза он видел, что чертиком выскочившая из кустов Мэриэн с ходу свалила двоих наседавших на Рыжика разбойников и, оставив лекаря разбираться с последним, потащила Ворона под спасительную защиту леса.