|
Она отлетела к стене коридора, прижав собой одного из ликвидаторов. Второй лишь на миг отвел взгляд от темного проема. Это стало его последней ошибкой. Из тьмы выскочило нечто очень длинное, с хитиновым панцирем и множеством конечностей. Не дав опомниться врагу, тварь прыгнула ему на грудь и тут же вгрызлась в его защитный костюм. По коридору прокатился чудовищный крик. На бетон хлынула кровь. Тварь моментально прогрызла ОЗК, пробила дыру в грудине и заползла внутрь. Ликвидатор истошно заверещал, уронил оружие и сорвал с себя противогаз. Его внутренности за считаные мгновения превращались в кровавую труху. Первый ликвидатор выбрался из-под придавившей его двери, схватил огнемет и окатил напалмом своего разползающегося на куски товарища. Но добраться до твари, сидящей внутри плоти, огонь не успел. Из рассеченного живота полыхающего бойца огромная сколопендра выпрыгнула, метя прямиком в горло. Уродливая клешня клацнула в сантиметре от лица под маской. Тварь промахнулась и ловко приземлилась на пол.
Ликвидатор завопил и начал поливать пламенем все пространство вокруг себя. Горели пол, стены и потолок. Полыхал сам бетон. На крик открылась одна из дверей. Разбуженный житель решил проверить, в чем дело. Секунда, и он ввалился обратно в свой отсек, сгорая заживо. Тварь же с интересом наблюдала за расплескивающим по коридору напалм ликвидатором. Огненная жидкость стекала по ее хитиновой спине, не причиняя вреда. Она ждала. Вдруг поток напалма иссяк. Кончился баллон. Заменить его ликвидатору уже было не суждено. Сколопендра атаковала молниеносно. Быстро перебирая многочисленными лапками, она взобралась на стену, затем на потолок и оттуда спикировала на добычу. Один точный удар клешни. Глухой удар. Глаза ликвидатора еще крутились в глазницах оторванной головы, когда в конце коридора послышался топот десятков пар тяжелых сапог. На подмогу погибшим спешила целая рота. – Твою мать! Твою мать! Твою мать! – завопил я, отпрянув от двери. Гоша тут же вскочил и заткнул мне рот грязной ладонью. Его глаза были раскрыты так широко, что могли в любой момент вывалиться из орбит. Я увидел в них тот же ужас, который испытывал сам. – Оружие есть у тебя? – прошипел Гоша. – Какое, к черту, оружие? – прошептал я в ответ. – Я химик. – Хреново. Черт, черт. – Он тщетно метался по темной комнате. – Ай, хрен с ним. Бежать надо, быстро! – Куда? – Да без разницы! Если даже они сейчас эту чупакабру уложат, нам все равно кранты. Объявят карантинным этажом, зальют бетоном, и все, баста. Валим, пока есть время! – Надо вещи… – К черту все! – Гоша приоткрыл дверь и выглянул коридор. – Она, походу, навстречу этим архаровцам уползла. Бежим! Он выскочил в коридор и побежал к лестницам. Чертыхнувшись, я сорвался за ним. Я лишь мельком взглянул на место короткого, но кровавого боя. Обугленные останки, разбросанные по всему коридору, все еще горели. Меня чуть не вырвало от вида двух изуродованных тел. Стараясь не оборачиваться, я припустил за своим соседом. Побег
Оклик ликвидаторов я услышал первым. Когда тяжелые сапоги загрохотали по ступеням вслед за мной, я в несколько прыжков догнал Гошу. Мы припустили еще быстрее. С этажей, на которых появлялись Последствия, не выпускали никого. Перепрыгивая через пролеты, мы неслись вниз, к заброшенным этажам, надеясь скрыться. Но в какой-то момент мы легко могли наткнуться на других ликвидаторов, поднимающихся нам навстречу. Миновав несколько наглухо забетонированных этажей, мы наконец увидели то, что искали: свободный проход. Недолго думая, мы нырнули во мрак заброшенного коридора. Я бежал что есть сил. Мимо проносились запертые двери и заваренные титановыми листами автоматы раздачи пищевых концентратов. Из-под моих подошв разлетались пустые гильзы, но я этого не замечал. Нужно было убежать, скрыться и затаиться, пока длинная длань Партии не зашвырнула нас в бетонный капкан. |
