Проходит две смены, и вы выходите в цех, столь огромный, что стены его теряются в темноте. В центре помещения зияет огромная, выжженная былым пожаром прогалина.

Здесь они вас и встречают. Они были терпеливы и напали, лишь выждав, когда вы выйдете в центр открытого места. Воздух зазвенел, и сотни стрел из заточенных, обожженных в огне стеблей борщевика. Они бессильно ударили по броне экзоскелетов и черным шлемам ликвидаторов, но их было так много, что уже в первую минуту один из бойцов упал на бетон, хватаясь за вошедший в сочленение брони стебель. Миг, и его крик захлебнулся в выступившей на губах пене. Ты материшься, видя на упавшей рядом стреле мутный блеск вываренного борщевичного сока, смешанного с его ядовитой пыльцой.

Вы огрызаетесь огнем, но показавшиеся из тьмы верткие полупрозрачные силуэты продолжают стрелять даже после того, как свинец вырывает из их тел целые куски. Еще один ликвидатор валится с пробитым горлом.

Фосфор Аврельевич кричит от ужаса, безумными глазами смотря на падающих вокруг него ликвидаторов. Он вдруг понимает, что оказался в ситуации, когда ни огромное богатство, нажитое им благодаря должности в совете Комитета, ни все его нейропротезы, дарующие почти бесконечную жизнь, не могут защитить его от спрятавшейся в борщевике смерти.

Сбив профессора с ног, Яна закрывает его трупом ликвидатора, после чего залегает за крупнокалиберным ручным пулеметом мертвеца. Ты падаешь рядом с ней и, выхватив свою положенную по капитанской должности инфракрасную наблюдательную трубу, начинаешь указывать прячущиеся в борщевике цели. Девушка дает первую очередь. Бронебойно-зажигательные пули косят и борщевик, и прячущиеся в нем фигуры, а через миг белые соцветия чернеют – это начинают работать огнеметчики отряда. Но даже этого уже не хватает – напавших слишком много. Все новые и новые ликвидаторы падают, сраженные стрелами.

– Шалаш Ильича вам в клюз, что ж вы не кончаетесь-то? – хрипло выдаешь ты, когда пулемет Яны начинает жрать последнюю ленту.

Быстро оценив аховость ситуации, ты, невзирая на чертящие воздух стрелы, вскакиваешь с бетона, бросаясь к трупу ликвидатора с подсумком пенобетонных гранат. Размахнувшись, ты кидаешь первую, затем вторую, третью, четвертую – уродливые столбы бетона вспухают перед вашими позициями. Вскоре ты с бойцами организовываешь настоящую пенобетонную крепость, из щелей которой вы ведете прицельный огонь. Высота потолка цеха не дает напавшим стрелять навесными огнем, и вскоре пелена свинцового ливня, наконец, смывает потоки стрел. Твари, оставляя убитых и раненых, исчезают в темноте аварийных выходов. Последние из них, возглавляемыми одетым в богатые латунные одежды жрецом, пытаются остановить вас в одном из коридоров, выскакивая из тьмы с длинными борщевиковыми копьями наперевес, но титанические кулаки Ивана Губило встречают нападавших, после чего разъяренный ликвидатор выводит двигатель экзоскелета на форсаж и его стальные пальцы просто начинают разрывать несчастных полупрозрачных тварей напополам. Уцелевшие бегут. Не уцелевшие, но живые пытаются ползти, но их черепа с влажным треском лопаются под ударами стальных сапог гиганта. Уже исчезая в темноте, твари последний раз оборачиваются и дают залп из своих луков. Выпущенные наугад стрелы щепками разлетаются о стену коридора. Наступает тишина. Ты переводишь дух, рассеянно отирая зудящую щеку, и с удивлением видишь кровь. Схватившись за лицо, ты выдергиваешь из ранки острую щепку, все еще покрытую густой зеленоватой дрянью.