Когда вы зашли достаточно далеко, на вашем пути встали элитные отряды ликвидаторов в экзоскелетах «Черешня-У», прикрытые броней могучих коридороходов «Серп-10». И три смены длилась битва. И три смены длился пир твой на костях павших, и три смены слышались крики пожираемых заживо ликвидаторов.

С криками «Полундра!!!» волнами накатывали на вас матросы лифтфлота, но кровавыми были те волны, и стихли их крики, и умолкли бетонобойные орудия лифтов.

Тогда обрушились на вас с бетонных небес хрущелетчики, и множество твоих последователей погибло, но взмолился ты отцу, и скрыл он твою паству черными облаками, и не смогли хрущелетчики найти вас среди тьмы.

И дошли вы до блока самого генсектора. И начался бой, и применила охрана генсектора оружие, что принесено было тысячи гигациклов назад еще с той стороны врат Вавилова. И тысячи тысяч твоих воинов погибли, но те, кто выжил, лишь укрепились в вере. И своей рукой сломал ты шею генсектора. И оставил ты жизнь в гниющем теле его и заставил смотреть на то, что делал ты с дочерью его, и цикл прошел, и стала она первой помощницей твоей и первой жрицей твоей, и убила она отца своего во славу твою.

И шли вы дальше. И сектор за сектором брали вы Гигахрущ, сея смерть и воздвигая алтари из корчащихся, заживо сшитых медной проволокой человеческих тел, и гигалегион шел за тобой. И ничто не могло остановить вас, и шли вы дальше…

Многие циклы прошли. Столько было пролито крови, что из железа, что было в ней, ты сковал себе полный доспех и чудовищный меч. И шел ты вперед в облачении тьмы. И кричало все, что было перед тобой. И замолкало все, что оставалось позади тебя. И радовалась жрица твоя. И пела паства твоя гимны тебе и отцу твоему. И трещал бетон, разрушаемый гигантскими храмами твоими, что ехали через блоки за тобой. И шли вы к цели, туда, где должна была грянуть последняя битва.

И в одну из смен пришли вы в зал, и не было видно там ни стен его, ни потолка его. И понял ты, что достиг цели своей, ведь там, далеко впереди блестели латунью многокилометровые створки гермоврат легендарного блока 001-А. Центрального блока, первого блока и главного оплота коммунизма во Хруще.

И улыбнулся ты. И вскинула оружие паства твоя. И указал ты на гермоврата, украшенные сценами из жизни В. Ы. Желенина, и велел тащить гигантский таран, что соорудили плененные твоей паствой инженеры. И поднялись над толпами чернобожников иконы из колючей проволоки, в которые заживо вплетены были орущие обрубки людей, и восславили тебя пророки, и окропили черной слизью воинов они, и возрадовалась твоя первая жрица. Но вздрогнул вдруг бетон под ногами твоими, ибо гермоврата начали открываться сами. И ты в первый раз в жизни почувствовал неуверенность, ибо понял, кто сейчас появится из режущего глаза света.

Содрагается всем своим основанием Гигахрущ, это навстречу тебе выходит сам Секретарь Секретарей. Сам он прекрасен, словно молодой Ильич, тело его защищает броня из гранитных плит мавзолея, в руках его горит огнем революции чудовищный серпимолот, чело его украшают мудрость и венец из кукурузных листьев. Он идет прямо на тебя. Каждый шаг его заставляет пол трескаться, и из тех трещин вырастают красные гвоздики и маленькие Хрусталины в белых кительках, что окуривают Секретаря Секретарей благодатным дымом из своих трубочек. Стокилометровое алое знамя заменяет Секретарю Секретарей плащ, и несут его семнадцать раз по тысяча девятьсот семнадцать комсомолок. И миллионы пионерских горнов трубят из-за спины его. И поднимает он свой серпимолот на тебя. И начинается битва.

Велением мысли ты выламываешь из стены тысячи кубических километров бетона и швыряешь его в Секретаря Секретарей, но тот выпускает из своего кармана маленького и голенького Вавилова, что уносит бетон в какое-то совершенно иное подпространство.