— Желаю всего наилучшего.

— До свидания, профессор. Когда створки захлопнулись, отрезав их друг от друга, Юля подошла к Саше. Она встала у него за спиной и сказала негромко:

— Я могу вас понять.

— Что? — Саша обернулся. — В каком смысле?

— В какой-то момент мне показалось, что этот человек… Потрошитель… абсолютно искренен.

— Мне это кажется гораздо чаще, — упавшим голосом ответил Саша. Если бы девушка сейчас сказала то же, что и профессор, ему стало бы гораздо легче. Но ведь историк признал, что не может опровергнуть рассказ Потрошителя и что рассказ этот мог бы оказаться правдой… Саша вдруг понял, что Юля что-то сказала, а он пропустил сказанное мимо ушей.

— Простите, Юля, вы что-то сказали?..

— Я сказала, что насчет блондинки ваш Потрошитель все-таки ошибся.

— Откуда вы знаете?

— Кое-кто из девчонок пытался «подъехать» к нему на экзамене. Но профессора выводят из себя даже игривые взгляды, не говоря уж о чем-то большем. — Девушка улыбнулась. — Он требует снимать макияж перед его лекциями. Представляете? Саша тоже улыбнулся:

— И что же? Снимаете?

— А куда денешься? — Юля дернула плечом. — Если нет желания слушать лекцию в коридоре — приходится снимать. А без полного конспекта лекций профессор до экзамена не допускает. И потом… знаете, если кому-то благоволят, это чувствуется. Оценки «натягивают», с ответами помогают, ну и прочее. А у профессора любимчиков нет и никогда не было. Это известно всему институту. — Она засмеялась. — Потому-то и экзамены стараются сдавать кому-нибудь другому. У профессора каждый вопрос по билету — расстрел на месте.

— Даже так? — усмехнулся Саша. Настроение у него немного улучшилось.

— Представьте себе, — подтвердила девушка. Она оглянулась. — А почему мы стоим? У вас еще какие-то дела здесь?

— Нет, — покачал головой Саша. — У меня никаких дел больше нет. — И, припомнив слова известного мультипликационного персонажа, добавил: — До пятницы я совершенно свободен.

— Хорошо, — Юля снова засмеялась.

— Может быть, прогуляемся?.. — нерешительно предложил Саша.

— Давайте, — легко согласилась она. Они спустились на первый этаж, вышли на улицу. Небо по-прежнему скрывала низкая серая туча. «Страх» — вспомнил Саша слова Леонида Юрьевича.

15 часов 46 минут «- Рагуил, твой корпус нападет на Раббат с юга. Сделаете вид, что хотите разрушить акведук, — говорил веско Иоав, поглаживая пересекающий лицо уродливый шрам — след филистимлянского меча. — Аммонитяне понимают: те несколько колодцев, что есть в Раббате, не смогут обеспечить город водой. Они перебросят на южную стену все свободные силы. В это время ты, Авесса, — единственный глаз Иоава обратился ко второму офицеру, — скрытно подойдешь к стене с востока. Здесь равнина не освещается, и аммонитяне не заметят вас, пока вы не окажетесь под самыми стенами. Теперь ты, Урия, — он повернулся к мрачному, как сама ночь, легионеру. — Возьми сотню воинов. Когда воины отойдут от ворот, чтобы отбить атаки с востока и юга, твоя сотня штурмом возьмет незащищенную стену и откроет ворота. Два легиона будут ждать неподалеку, под прикрытием финиковой рощи. Едва вы откроете ворота, они ворвутся в город. Урия уже понял: план Иоава кажется осуществимым, но только в стадии замысла. В реальности же он обречен на провал. Аммонитяне видели, сколько воинов встало лагерем против Раббата.