— И это все? — Он был явно разочарован.

— Да, это все. Благодарю вас.

— Ваша честь, если я понадоблюсь, можете прийти в театр. Я служу на Стрэнде.

— Благодарю вас, мистер Трифон.

— У меня есть роль, пусть и небольшая, в спектакле «Смертные узнают». Его очень хорошо приняли.

Присяжные тяжело вздохнули.

— Благодарю вас, мистер Трифон.

К удивлению собравшихся, следующим свидетелем вызвали Сола О'Рейли, бедного старого бродягу. Его привели из полицейского участка, где до сих пор держали под стражей. И инспектор Риверс, и мистер Танкс сошлись на том, что, до того как дать показания, свидетель в качестве исключения может получить порцию джина. Теперь он казался уже не таким опустившимся и несчастным, как в прошлый раз, его голос звучал громче, он то и дело улыбался.

— Клянетесь ли вы, Сол О'Рейли, именем всемогущего Бога…

— О да, клянусь, — ответил мистер О'Рейли, прерывая коронера и желая быть полезным. — Да, клянусь.

Мистер Танкс терпеливо закончил текст клятвы.

— Обратите свою память к тому вечеру, когда произошло убийство лорда Моргана Эллиса, — сказал он наконец.

— Да, я помню, ваша светлость, — сказал мистер О'Рейли, — я спал в тот вечер в кустах.

— Вы проснулись?

Мистер О'Рейли тут же заволновался.

— А кто это сказал?

— Никто не сказал. Но, возможно, вы слышали шум борьбы.

Он заметил, что мужчина уставился на него с недоумением.

— Возможно, вы слышали, что кто-то дерется поблизости. Если вы располагаете воспоминаниями такого рода, то окажете большую помощь следствию.

— Я ничего такого не делал. Никто не сможет меня в этом обвинить.

В его взгляде появилась настороженность.

— Думаю, мы можем принять это как утверждение, мистер О'Рейли, что вы не совершали этого преступления.

— Вы слово чести даете?

— Слово чести. Ни на вас, ни возле того места, где вас нашли, не обнаружено следов крови, а жертва потеряла много крови. Нам это доподлинно известно. Нас интересует только, были ли вы свидетелем какой-либо борьбы.

— Вы имеете в виду леди, которая убежала?

— Да, леди убежала, — бесстрастно повторил мистер Танкс.

— Ну да, леди убежала прочь. Я увидел ее светлое платье при луне. Она была похожа на привидение. Она убежала от него, а вторая леди кричала «Лжец!», громко так кричала, а потом набросилась на него.

В комнате началось движение, и никто не заметил того, с каким облегчением вздохнул инспектор Риверс. «Она свободна от подозрений. Он освободил ее от обвинения!»

— А какая была другая леди?

Мистер О'Рейли немного затуманенным взглядом обвел комнату, а потом снова посмотрел на мистера Танкса.

— Темная леди… А есть еще джин?

Мистер Танкс внезапно сменил манеру общения и энергично произнес:

— Джина больше нет. Уведите его.

И мистер Сол О'Рейли был препровожден прочь. Он бормотал что-то неразборчивое.

— Вызовите мисс Корделию Престон, — тут же велел мистер Танкс.

Констебль Форрест открыл дальнюю дверь. Инспектор Риверс с трудом заставил себя взглянуть туда. Корделию сопровождала Гвенлиам. Они не держались за руки, они шли вместе, но не поддерживая друг друга. Обе были расстроены и подавлены. Обе были измучены до крайности. Они не могли до конца осознать понесенную утрату. Гвенлиам поспешно присела на стул, любезно предложенный ей джентльменом, а Корделия прошла к стулу для свидетелей и схватилась за его спинку. Она отказалась сесть, и всем в зале стало ясно, что она не может заставить себя сесть на стул, который до этого занимал ее сын.