3

Проснувшись утром, Грей первым делом позвонил Сью домой. Она сама сняла трубку, но голос ее звучал сонно. Грей сказал, что съемки еще не закончены и что он вернется в Лондон не раньше чем через два дня. Это известие огорчило ее, но вопросов не последовало. Она сказала, что кое о чем подумала и ей не терпится поговорить с ним. Грей пообещал связаться с ней сразу по возвращении и повесил трубку.

После завтрака вся съемочная бригада собралась в вестибюле. Грей записал несколько номеров телефонов и даже предварительно договорился с продюсером о встрече в Лондоне на будущей неделе. Наконец все простились и начали расходиться. Грей не стал отказываться от приглашения помощника режиссера, который ехал в Манчестер и предложил подвезти его.

Когда они добрались до места, Грей попросил высадить его у ближайшей автобусной остановки и вскоре уже был в том самом пригороде Манчестера, где Сью родилась и провела детство. Он выяснил адрес по телефонному справочнику и отправился пешком через жилые кварталы на поиски дома ее родителей.

Это был небольшой дом довоенной постройки, стоявший особняком в самом конце короткого тупика.

Женщина, открывшая ему дверь, улыбалась, но смотрела настороженно.

– Простите за беспокойство. Вы, наверное, миссис Кьюли?

– Да. Чем могу служить?

– Меня зовут Ричард Грей. Я друг вашей дочери Сьюзен.

Улыбка исчезла с ее лица.

– Что‑то случилось со Сьюзен? Плохие вести?

– Вовсе нет. Я работал неподалеку отсюда и вот решил заглянуть к вам, передать от нее привет. Конечно, мне надо было сперва позвонить. Простите, я вовсе не хотел вас напугать. У Сьюзен все в порядке, она шлет вам большой привет и поцелуи.

– Как, вы сказали, ваше имя?..

– Ричард Грей. Если я не вовремя…

– Нет‑нет. Может быть, заглянете на минутку?

Сразу за дверью начинался коридор, в дальнем его конце располагалась кухня. Из холла на второй этаж вела покрытая ковром лестница. По стенам висели небольшие картины в рамках. Его провели в маленькую аккуратную гостиную. Все в этом помещении – мебель, кресла и украшения – было расставлено в идеальном порядке. Миссис Кьюли зажгла газ в камине, потом медленно выпрямилась.

– Чашечку чая, мистер Грей? Или предпочитаете кофе?

У нее был выговор, характерный для жителей севера страны, но шотландского акцента, вопреки ожиданиям, он не почувствовал.

– Спасибо, лучше чай. Простите, что заявился без предупреждения.

– Мне всегда интересно познакомиться с друзьями Сьюзен. Простите, я оставлю вас на пару минут.

На каминной полке стояла фотография Сью. Длинные волосы были убраны назад и схвачены лентой, она выглядела совсем юной, но неловкая поза, которую она принимала под чужими взглядами, была ему хорошо знакома. Фотография помещалась в рамке, в нижнем углу снимка золотом было оттиснуто название фотоателье. Грей предположил, что фото сделано незадолго до отъезда Сью из дома.

Стараясь ничего не задеть, Грей осторожно осматривал комнату, понимая, что пользуются ею нечасто. Из дальнего конца коридора до него доносились голоса и звон посуды. Он чувствовал себя самозванцем, незаконно проникшим в чужой дом. Он догадывался, как разъярится Сью, если ей станет известно о его самовольном вторжении. Голоса приближались. Он сел в кресло перед камином. Женский голос за дверью сказал:

– Ну, пока, Мэй. Завтра загляну снова.

– Пока, Одри.

Входная дверь открылась и закрылась, и мать Сью появилась в комнате с подносом в руках.

Оба они чувствовали себя неловко.