И это я молчу про Силовую броню. Паладины Братства — эдакие УГи на минималках!

«Ну да с Братством будем разбираться позже!», — подумал было я, пробираясь в укромный уголок, отделенный от зала двумя массивными кадками с каким-то растениями.

План сложился сам собой — на время спрятаться за развесистыми цветами, после чего, немного помаячив на виду, двинуться в сторону гимнастического зала.

Увы, но прямо сейчас идти к Адену было невместно — общество-с не поймет-с.

Гимназисты тем временем разобрали немногочисленных девушек, и неизвестный мне глашатай торжественно объявил первый танец.

— Красиво танцуют, не правда ли? — спрятавшегося за кадками мужчину я заметил в самый последний момент, когда отступать было уже поздно.

— Не разбираюсь в современных танцах, — ничуть не покривив душой ответил я, размышляя про себя, остаться здесь или поискать другое укромное местечко?

Кстати странно, что я его не почувствовал…

— Поверьте как дворянину и отцу взрослой дочери, танцуют они прекрасно, — заверил меня незнакомец. — А вы почему не танцуете, Михаил?

— Некогда танцевать, когда страна в опасности! — нервно отозвался я, испытывая практически физический дискомфорт от того, что все вокруг меня знают, а я ни сном, ни духом, кто со мной ведет разговоры.

И, как обычно в таких случаях, мой язык начал опережать мою мысль.

Сам не знаю, как так получается, но в голове будто кто-то щелкает переключателем, и из меня начинает литься пафос вперемешку с «умничеством».

— И какая же опасность угрожает нашей, кхм, стране? — с интересом поинтересовался мужчина, который теперь в моем восприятии ощущался как Воин и как… стальная плита.

Не каменный валун, как Оут, а именно стальная плита…

Язык же мой, тем временем, жил своей собственной жизнью.

— Финансовый и продовольственный кризис, гражданская война, смута и волнения. Пятая колонна, в конце концов! — на нервах я собрал всё, что можно и нельзя и только к концу своей чуть ли не обвинительной речи поинтересовался:

— А вы, собственно, кто? М-м-м, точнее, с кем имею честь беседовать? Увы, но рядом нет общих знакомых, кто бы нас представил, поэтому простите мои манеры.

— Максим Фёдорович Калита. Добровольно отказавшийся от дворянства Рыцарь Ордена Братства Стали, — мужчина внимательно посмотрел на меня. — Официально уполномочен Старейшинами провести расследование произошедшего… недоразумения.

Вот как… — на секунду я даже позабыл про то, что опасался этой встречи, — бой с демонологами он называет… недоразумением!

— Простите, — я все же не удержался от вопроса. — А что было бы не недоразумением?

— Если бы погибли мирные жители, воспитанники этой достойной гимназии и, не дай Древние, кто-нибудь из Братства, — незамедлительно ответил Максим Федорович.

— Скажите, Максим Фёдорович, — умом я понимал, что задавать вопросы — это его привилегия, но было очень уж любопытно. — А оно того стоило?

— Отказ от дворянства? — правильно понял мой вопрос Максим Федорович. — Однозначно.

— Угасающий род? — предположил я и, судя по едва заметной тени эмоций, промелькнувшей в ауре Воина, понял, что попал в яблочко.

— Такое бывает, когда женишься по любви, — одними губами улыбнулся Воин. — Но я ни о чем не жалею.

— Знаете, — я задумчиво посмотрел на Андрея Федоровича. — Что-то мне подсказывает, что вы не очень похожи на дознавателя Братства. Скорее на… меч Братства, который бьется в первых рядах.

Не знаю зачем я разоткровенничался с этим Воином, но его аура была мне как будто бы знакома.