Та обернулась, нечаянно отступив еще на шаг к пропасти. Женщины затаили дыхание.

– Вам не отговорить меня. Я знаю, что делаю.

– Правда? А вот я так понятия не имею, – невозмутимо произнесла Кайта, сжимая до боли запястье помощницы. – Может, объяснишь нам, темным: что отвечать несчастным людям, которых правитель бросает на произвол судьбы?

Гиларра горько рассмеялась.

– А никто и не спросит! Им нужен Гальверон, а не я, это же ясно!

– Гальверон? Ну да. Без него не обойтись. Но при чем тут командир гвардейцев? У вас очень разные роли. – Она глубоко вздохнула. – Прошу тебя, не покидай свой народ. Подумай о тех, кто и так уже на грани. Согласна, многие из нас отреклись от религии…

– Как ты, например!

Целительница не видела смысла во лжи.

– Да, как я. Но другие сохранили веру, и только она дает им силы жить. Ты ведь не хочешь отнять у них последнюю надежду?

– Ты заблуждаешься, – проронила иерарх. – Моя смерть и будет этой надеждой. Заваль струсил, не смог принести достойной жертвы за эту землю, за своих людей. Но я займу его место. И тогда Мириалю придется сменить гнев на милость. – Гиларра посмотрела на женщин с откровенной мольбой в глазах. – Неужели вы не видите? Это все, что мне осталось. Простите.

– Гиларра, нет!..

Кайта забыла свой страх высоты и побежала по тонкому мостику. Но не успела. Раскинув руки, словно в последний раз заклиная свое божество, иерарх ринулась в бездну.

Наступила мертвая тишина.

Целительница попятилась от края пропасти и преклонила дрожащие колени. Агелла тихо ругалась, не сводя взгляда с опустевшей площадки.

Что же это было? – смятенно размышляла Кайта. Эгоизм, слабость, самообман? Или величайший подвиг во имя народа? Что?

«Не глупи. Эта стерва сделала нам только еще хуже».

Но откуда же тогда слезы, что катятся по щекам?

В конце концов, Гиларра не могла принести людям большей жертвы. Она возложила на алтарь собственную жизнь.

Был ли хоть какой-то смысл в этом отчаянном поступке? Женщина вновь посмотрела на платформу, где только что стояла, правительница. «Время покажет».

33

ТУННЕЛИ

Всю ночь Кетейн и его товарищи не смыкали глаз. Как только стемнело, снаружи послышались резкие, хриплые визги крылатых тварей; раздался оглушительный грохот в дверь, а с крыши начали осыпаться куски черепицы. Серима сдавленно закричала и пробудилась от беспокойных снов. Ее супруг был уже на ногах, прочие горцы сбегались к нему, на ходу вооружаясь для битвы. Отважных мечников сын вождя направил оберегать порог, а ловких лучников поставил стеречь крышу сеновала, выложенную из толстых перекладин. Таким образом, все уязвимые места постройки находились теперь под защитой. По счастью, окон в этом сарае не оказалось: свежий воздух проникал сюда через случайные пробоины в стенах, чересчур маленькие даже для острого клюва какого-нибудь летучего охотника.

Нескольких людей пришлось отослать вниз, на подмогу к Тормону, что едва справлялся с обезумевшими от страха лошадьми. Несчастные животные готовы были перекалечиться, в ужасе шарахаясь от одной стены к другой. Леди вполне разделяла их чувства. Вопреки всем уверениям рассудка, даже в этих нерушимых стенах она не могла унять бешеного биения сердца, представляя себе огромные черные тени с узкими щелями налитых кровью, сверкающих глаз. Сражаться с бойким воображением не имело смысла, и потому Серима нашла себе занятие, тут же захватившее все ее думы без остатка: спустилась на помощь к торговцу.

Да уж, ночь выдалась не из легких. С первыми лучами рассвета скрежет и крики снаружи постепенно утихли.