Наконец в кармане нашелся обрывок бечевки, которой ученик с наставником нынче перевязывали книги, и личину кое-как удалось закрепить. Не приведи рок столкнуться с кем-нибудь! Что это за колдун, маска-череп которого свисает на ухо, держась на одном бантике! Кстати, учитель уже, должно быть, заждался.

Из темных конюшен веяло теплом. Молодой человек нашарил тщательно укрытую лампу на полке у входа. Аркан запретил здесь, внизу, пользоваться свечами и факелами. Что же, беглецам это лишь на руку.

В ноздри ударил крепкий дух навоза, сена и лошадей. Стараясь почти не дышать, ученик Дарка брезгливо двинулся вдоль стойл, лавируя между благоуханными кучами. Навострив уши, кони поворачивали головы ему вслед; блики от лампы страшновато мерцали в умных глазах животных. В дальнем углу блеснул огонек, и Дарк направился туда. Он не успел дойти: все произошло слишком быстро.

Пресвелу казалось, он провел вечность, прячась среди вонючих лошадей. Утешало одно: тут было действительно тепло, даже душно. Время тянулось медленно – достаточно, чтобы во всех подробностях обдумать, как припугнуть этого гаденыша Сколля, да посильнее. Пусть от страха и мечтать забудет о Рохалле! И пускай даже не думает жаловаться Тормону! Оставшись без нового воздыхателя, неверная быстро образумится и предпочтет желторотику настоящего мужчину. Пальцы погладили рукоятку ножа. Стоит Сколлю увидеть клинок, парень сразу поймет, что с ним не шутят.

В стойлах спрятаться было почти негде, но на определенном расстоянии друг от друга громоздились вместительные бочки для воды и фуража. Пресвел выбрал ближайшую к кобылице своего соперника и, присев на корточки, затаился во мраке.

Ожидание длилось. Один раз мужчине почудились чьи-то легкие шаги на другом конце конюшен, однако фонарь не вспыхнул и гнедая не заржала, приветствуя любящего хозяина. Судя по тому, как парень всю дорогу от самого Тиаронда болтал с безмозглой тварью, вряд ли теперь он чистил бы ее в гробовой тишине.

Шли часы. Пресвел начал сомневаться. А может, Сколль и вовсе не придет? Что, если этот щенок, пропади он пропадом, лапает Рохаллу и пускает слюни, забыв обо всех лошадях на свете? Ощутив прилив черной желчи, затаившийся ревнивец вскочил на ноги. Но тут вдали мелькнул огонек, ислуга Серимы мгновенно забился обратно. Сколль это или нет? А то кто же? Конечно, он, собственной персоной. Еще не дойдя до стойла, этот блаженный заговорил с конем. Будто с человеком, Мириаль его возьми! Охотник выждал, пока жертва повесит светильник на стальной крюк над кормушкой.

«Спокойно, Пресвел, спокойно. Ты же не хочешь поджариться заживо, уронив лампу в сухое сено? Или погибнуть под копытами перепуганной кобылы? Наверняка парень собирается напоить скотину. Потерпи».

Затея удалась как нельзя лучше. Сколль приблизился к бочке, мурлыча себе под нос и покачивая скрипучим ведром. И тут Пресвел напал. Он внезапно выскочил из укрытия, сбил соперника с ног и придавил коленом к земле. Парень принялся мычать и задыхаться: рот забила грязная тряпка, которую противник нашел на крышке бочки. В тот же миг шею поверженного защекотал острый нож.

– А теперь, – зашипел Пресвел в самое ухо Сколля, – я расскажу, что именно тебя ждет, если не отстанешь от Рохаллы.

– Эй, ты что делаешь? – раздалось вдруг позади. – Немедленно отпусти мальчишку!

Из сумерек показался черный силуэт с ухмыляющимся черепом вместо лица.

Колдуны Аркана! Разоблачен! Бежать!

Не выпуская клинка, слуга Серимы в панике вскочил и дернулся в сторону выхода. Нога зацепилась о распластанное тело противника. Споткнувшийся полетел головой вперед прямо на зловещую фигуру. Раздался крик боли, нож рванулся, чуть не вывернув запястье, – и по руке Пресвела потекло нечто теплое. Человек в черном рухнул на землю и затих.

– Нет! – взвизгнул слуга Серимы.