— Капитан Гроув! Идите сюда, — послышался голос капрала Бэтсона, который стоял на другом конце плаца и махал руками.

Гроув поспешил к нему. Байсеза и остальные — следом.

Бэтсон был с небольшой группой солдат, состоявшей из капрала-британца и сипаев, которые держали двух мужчин. Солдаты связали им руки за спиной. Пойманные были коренастыми, ниже сипаев, но более мускулистыми. Оба были одеты в свободные рубашки, подпоясанные куском веревки, а на ногах у них были кожаные сандалии, крепившиеся к голени ремнями. Лица их были широкими, смуглыми и небрежно выбритыми, а волосы — кучерявыми и коротко подстриженными. На них была запекшаяся кровь, и их явно пугали винтовки сипаев. Когда один из солдат, ради забавы, поднял свое оружие, пленный закричал и упал на колени.

— Отставить, — приказал Гроув. Он смотрел на пленников, подбоченившись. — Вы что, не видите, что они до смерти напуганы?

Сипай покорно отошел. Редди радостно уставился на чужаков.

— Ну-ну, Митчелл, и кого это вы нам приволокли? Что это за пуштуны такие?

— Не могу знать, сэр, — ответил капрал. Его раскатистый акцент выдавал в нем уроженца деревень западной Англии. — Не думаю, что это пуштуны. Мы патрулировали на юго-западе… — Гроув отправил отряд Митчелла следить за «армией», которую там недавно обнаружили. Похоже, что чужаки были разведчиками, посланными к ним с той же задачей. — Вообще-то, их было трое на крепких маленьких лошадях, похожих на пони. У них были копья, которые они в нас швырнули прежде, чем броситься на нас с ножами — трое против дюжины! Нам пришлось убить лошадей, а потом и одного из них, чтобы они наконец сдались. Даже когда их кони пали, они все равно пытались заставить их подняться, словно не понимая, что тех пристрелили.

— Если бы вы никогда не видели винтовки, капитан, — сказал Редди Гроуву сухо, — то и вы были бы потрясены тем, что ваша лошадь ни с того ни с сего упала под вами.

— К чему вы клоните, сэр? — спросил капитан.

— Я говорю о том, что эти люди могли попасть сюда из другого времени, куда более далекого, чем любой из пуштунов.

Оба пленных слушали их разговор, раскрыв рот. Затем они, с широко открытыми от страха глазами, оживленно о чем-то залепетали, не в состоянии отвести глаза от винтовок сипаев.

— Похоже на греческий, — неуверенно сказал Редди.

— Греки? В Индии? — изумился Джош.

Байсеза поднесла телефон к пленникам и спросила:

— Телефон, можешь…

— Хоть я и разумная технология, но уж не настолько, — ответил ей телефон. — Кажется, это какой-то архаический диалект.

Из толпы вышел Сесиль де Морган, поправляя свой вымазанный в грязь утренний костюм, слегка о чем-то задумавшись.

— Глянь-ка, не зря родители выкинули столько денег на мое образование. Я еще помню кое-что из Еврипида… — он бегло заговорил с пленниками. Те залепетали ему еще быстрее. Де Морган поднял руки, явно давая понять, чтобы они не торопились, и снова заговорил.

Спустя несколько минут комиссионер повернулся к Гроуву:

— Господин капитан, думаю, я могу их понять, пусть и с некоторым трудом.

— Спросите у них, откуда они. И с какого времени, — приказал Гроув.

— Они не поняли бы вопроса, господин капитан, — сказал Редди. — А мы, вполне возможно, не поняли бы ответа.

Гроув кивнул. Байсезу не переставала восхищать его невозмутимость.

— В таком случае, спросите у них имя их командующего.