Несмотря на всю агрессию американца, всем было очевидно, что с одной здоровой ногой драться он не мог, поэтому вместо него с македонцем схлестнулся капрал Бэтсон. Раздевшись до пояса, в штанах на подтяжках, уроженец Ньюкасла казался близнецом крепыша-македонца. Быстро собралась толпа, и когда поединок начался, обе стороны стали громко болеть за своего бойца:

— Покажи ему, Джо!

— Алалалалалай!

Кейси следил за временем и остановил бой по истечении одной минуты. За это время Бэтсон успел пропустить приличное число ударов и сломать македонцу нос. Явного победителя не было, но Байсеза увидела, как между соперниками появилось уважение, признание одним видавшим виды воином другого, как это и задумал Кейси.

Желающих принять участие в следующем поединке оказалось море. Когда одному сипаю сломали руку, офицеры прекратили кровавую забаву. Но сразу же началось новое соревнование: на этот раз уже македонцы предложили солдатам Джамруда сыграть в «сфаиру», то есть мяч. Это была традиционная македонская забава, в которую играли кожаным мячом. Как и в британском регби или американском футболе, нужно было отобрать у игрока команды-противника мяч и куда-то с ним бежать. Без Кейси и тут не обошлось: он давал сигнал к подаче, следил за правилами — в общем, был в роли рефери.

Позже кто-то из томми пытался обучить македонцев правилам игры в крикет. Боулеры бросали вырезанный из пробкового дерева мяч, на котором виднелись вмятины из-за частого использования, на полосу земли, по краям которой находились импровизированные калитки, а бэтсмены с азартом размахивали самодельными битами. За игрой наблюдали Байсеза и Редди. Игра проходила хорошо, несмотря на то что порой томми приходилось становиться настоящими мимами, чтобы втолковать македонцам, что «ногу перед калиткой ставить нельзя».

Все это происходило прямо под висящим в воздухе Глазом.

— Порой разум человека демонстрирует свою замечательную способность не замечать ничего, каким бы странным это «ничего» ни было.

Один из игроков мощным ударом послал мяч в воздух и угодил в парящую сферу. Звук был таким, словно мяч ударился о стену из цельного камня. Он отскочил и попал филдеру прямо в руки, который поднял его над головой с торжествующим видом и показал бэтсмену, по правилам вынужденному покинуть игру. Удар мячом ничуть не потревожил Глаз.

Игроки обеих команд столпились и стали громко спорить. Редди почесал нос и сказал:

— Насколько я могу судить, они спорят о том, можно ли засчитать мяч, пойманный таким образом.

Байсеза покачала головой:

— Никогда не понимала крикет.

Благодаря всем этим инициативам с обеих сторон, к концу второго дня напряжение между британцами и македонцами спало и они стали относиться друг к другу с меньшей враждебностью. Поэтому Байсеза совсем не удивилась, когда увидела, как томми и сипаи, втайне от офицеров, посещают лагерь македонцев. Воины Александра с радостью делись с ними вином и едой и даже обменивали свои сапоги, шлемы и оружие на стеклянные бусы, губные гармошки, фотографии и прочие безделушки. Казалось, что некоторые из проституток в их лагере были готовы бесплатно обслужить этих мужчин из будущего, которые смотрели на них голодными глазами.

На третий день Евмен послал в крепость слугу с сообщением о том, что капитан Гроув и его старшие офицеры приглашаются на аудиенцию к царю.