|
Потом только мы узнали, что он и не собирался сбрасывать жиры. Ему нравилось ходить таким здоровым шифоньером. Он жрать любил, а до фигуры ему было, как до лампочки.
— Макс, а вы не могли бы подарить мне визитку? — спросила Жаба.
— Да нет уже ничего. — ответил тот. — Мы продали всё заведение. Какого чёрта нам этот массажный салон, если клиенту ни фига не нужно!
— Друзья, — сердечно сказали лорды. — вы погубили свой талант.
— Да знаем! Да только нам прямо не терпелось кокнуть этот Ниф-Нифа. Так он, скотина, заколодился у нас в печёнках! Мы прямо озверели, только об этом и думали всё время.
— Понимаю, — прошептал Задом-Наперёд. — idee fixe!
— Чего? — переспросили Макс и Факс.
— Навязчивая идея. — пояснили лорды.
— Она самая. Никак мы не могли покончить с этим делом. Хотели уже сгоряча совершить налёт на шахту с баллистической ракетой. Шарахнуть по пентхаузу и всё свалить на арабских террористов. Но тут Буш прикрыл Ирак — всё обломилось. К тому же, заказчики настаивали, чтобы бункер сохранился.
— Уборщиками не нанимались? — сунулся с вопросом Михайло Потапыч.
— Дедуля, там все педерасты в хибаре этой. — терпеливо объяснили киллеры. — Хоть мы и Фокеры, но не до такой же степени!
— Короче, как мы ни бились, — продолжил Макс, — остался самый примитивный вариант: банальная, морально устаревшая кража со взломом. Для этого надо было отвлечь внимание клиента. Самой лучшей наживкой были его братцы. Вот мы их и убедили поучаствовать в инсценировке. Типа, погнался за ними пьяный хулиган. Сначала прикурить просил, потом дал в морду. Вот, как договорились, бегут они с визгом к воротам этого пентхауза проклятого. А я за ними и ору: стойте, негодяи, хочу чего-то вам сказать! Братец их как увидел по монитору, так выключил на три секунды ток в ограде. Калитка отворилась, они просочились и ну дуть к особняку! Так эта жирная свинья их встретила ещё и со своими свинячьими нравоучениями! Типа, добегались по казино да ресторанам?! Говорил придуркам: сидите дома, обормоты, смотрите мультяши про голых баб!
Всё так, только недооценили мы гадюку. Была у него охрана, но не внутри периметра, а снаружи. Хвать меня под микитки, да в пыточную. Облазили мои карманы и достают брошюрку, которую мне кто-то сунул из сектантов. Они целый день шляются по улицам, подстерегают у домов. Вот я и взял, чтобы от меня побыстрее отвязались.
Я говорю мордоворотам: грешники, если вы меня сейчас застрелите, я буду только рад. Тогда мне сразу дорога прямо в рай. Я буду бродить по райским кущам, жрать бананы и глядеть, как вы корчитесь на гриле. Вы у меня попросите капельку воды, так фиг получите! Покоритесь истине, ублюдки, и примите свет! Те листают брошюрочку, картинки смотрят, а я всё объясняю. Они как просмотрели все картинки, так и уверовали. Ревут, исповедуются перед книжкой, автоматы побросали. Я сам перепугался. Блин, что за дар убеждения у меня?!
Видел я их потом на Тверской. Организовали они Церковь Святого Секьюрити и рассказывали всем прохожим, что явился к ним однажды с небес ангел с люггером подмышкой. С тех пор они торгуют освящённым оружием и, прежде чем клиента кокнуть, исповедуют его. Дальше — больше. Просунули нескольких одномандатных кандидатов в Думу, надавили на сенаторов, подкупили программистов при счётной машинке и пролоббировали закон об оказании обязательных услуг. Потом образовали партию Секьюрити, провозгласили манифест: секьюрити всех стран, объединяйтесь! Вот где талант! А вы тут говорите!
— Ну хорошо. — согласились слушатели. — А что в это время делал Факс?
— А я тем временем вляпался, как лох. |