|
Использовать только раз, потом выбросить. Утилизацией мы не занимаемся. Натан Ли с трудом надел на укутанные пластиком ноги пару пожарных башмаков с подбитыми сталью каблуками. Эта обувка доходила ему до колен. — Там внизу черт-те что, — напутствовал такелажник. — Избегайте острых предметов. Битого стекла. Обрезков металла. Осколков кости — эти хуже всего, самозаражающие, кажется, так? Соображать быстро, двигаться медленно. Ноги ставьте жестко, на надежную опору. Держитесь подальше от всего, что может продырявить костюм. — А сами сколько раз спускались? — спросил Натан Ли. — Я? Шутите? Три пары перчаток: латекс на латекс, а сверху — рифленый кевлар. Такелажник снабдил его наушниками — они были спрятаны под капюшоном: слушать переговоры солдат. Он также вручил Натану Ли противогаз с блоком ультрафиолетовой стерилизации. — А это ваш верблюжий горб. — Он навесил вдоль спины Натана Ли эластичный баллон с заплечными лямками. — Здесь два галлона воды. В костюме будет жарко, захочется пить. Важно не допустить дегидратации. Водная дисциплина. Каждые пятнадцать минут дуйте понемножку отсюда. — Он протянул трубку, идущую от верблюжьего горба к губам Натана Ли. — Глюкоза и белковая смесь. Вас обследовали на клаустрофобию? Не обследовали. Времени ни на что не оставалось. — Я в порядке, — ответил Натан Ли. — Лады. Когда упакуетесь, покажется немного тесно. Плюс жара, голод и обезвоживание — к концу дня захочется выпрыгнуть из костюма. Что бы ни случилось, не снимайте с себя ничего. Мы сами все сделаем при санобработке. Иногда солдата даже рвет во время рейдов. А достаточно всего-то одной несчастной секунды. Снимешь шлем, и «прости-прощай, написала она». — Такелажник, взявшись за ремни, крепко встряхнул его. — Если сломаете пломбу на шлеме, мы узнаем. Все в ваших руках. Не губите себя. Он выложил содержимое полевого комплекта: бутылка с квартой дезинфицирующего раствора для обработки порезов, моток скотча для заделки дырок, ручной насос для откачки топлива, GPS-приемник — отслеживать свои координаты. В комплекте не было аптечки первой помощи. Намек ясен. Раненых не берут. Один порез или прокол, и тебя в любом случае списали. — Эй, — заорал солдат, показав на его уши, — четвертый канал. — У вас персональный вызов, — пояснил такелажник. Он включил четвертый канал на запястном пульте Натана Ли, которому очень хотелось бы, чтобы это оказалась Миранда. Увы, звонил Окс. — Готов к преисподней? — Куда меня повезут? — Терпение, сынок. Давай не будем ломать кайф томительного ожидания. Все шло как-то неправильно. Он был уверен: Окс водит его за нос. Но разве есть выбор? Окс обладал властью тайны, и Натан Ли был здесь беспомощен. — Могли бы отправить меня давным-давно. Я бы ушел. — Я же сказал: тогда было слишком рано. — Слишком рано для чего? Они уже проходили это. — Доверься мне, как в наши старые добрые деньки. Оставайся на связи. Будь хорошим мальчиком, слушайся меня, и мир снова покажется прекрасным. Окс отключился. Такелажник примотал скотчем кевларовые перчатки к запястьям, а башмаки — к ногам и наложил пластиковые щитки на локти, грудь и колени. Потом наглухо закупорил его шлем. Несильно дул нагнетаемый воздух. |
