Я даже не заметил, как за окном стемнело. Мне пришла в голову идея.

— Слушай, подожди секунду. Эксперимент! Нужна полная темнота!

Полной темноты мне удалось добиться, не только задернув шторы и выключив все лампы, но и заперевшись с Вячиком в ванне. Не обращая внимания на его похабные предположения, для чего мне это надо. В темноте ко мне быстро вернулось уже почти привычное ночное зрение. Я повернулся к Вячику. Тот на ощупь пытался отпить из стакана, смешно вытягивая губы трубочкой.

— Ты что, не видишь ничего? — удивился я, и поднес руку к его лицу. Он никак не среагировал. Похлопал глазами и ответил:

— Нет, вообще ничего. Даже нет разницы, глаза закрыты или нет.

— Странно, — удивился я. — А у меня ночное зрение включилось. Как там… Там, где ты лев. У меня оно сразу появилось, после первого раза.

Вячик уставился на меня слепым взглядом. Я увидел, как на его лице отражается тревога.

— Значит, Серый, дело точно в тебе.

— Тихо, замри, — сказал я и взял ел его за плечо. — Не дергайся, это моя рука. Пошли на выход.

— Что? Что такое? — еще сильнее заволновался он.

— Кенни. Прямо за твоей спиной, — ответил я, сам не спуская глаз с сгущающейся темноты.

Вячик взвизгнул, выпрыгнул из ванны, по дороге буквально забросив меня на стиральную машинку и чуть не выбив пузом дверь. Открыв дверь и вывалившись в слабоосвещенный коридор, он обернулся и как ковбой револьвер, выхватил смартфон. Включил фонарик и направил его внутрь ванной комнаты. Сходства с ковбоем добавлял стакан с виски в его руке. Собственно, на этом сходство и исчерпывалось. Вячик отхлебнул виски и хрипло сказал:

— Ну давай, вылазь на свет. Хочу посмотреть на тебя, Кенни.

В яркий луч света высунулась когтистая, проволочная лапа. И, против моего ожидания не развеялась.

— Убери, ему все равно больно, — попросил я.

Вячик направил фонарик себе под ноги. И отошел в комнату, где тусклым красным светом горело изображение дров в электрическом камине. И уже там выключил телефон. И сказал:

— Ладно. Сука. Хера ли делать. Пусть заходит. Жрать он хочет?

— Никогда не откажется, но ему это не сильно надо, — сказал я, прислушавшись к своим ощущениям. — Обойдется.

— Откуда он здесь? — спросил Вячик.

— Походу через вентиляцию с крыши пролез. Протек, точнее.

— А на крыше он откуда? Они же света боятся! — все никак не мог успокоиться Вячик. Может, это потому, что Кенни начал вылезать из ванны. Он вполне сформировался и был куда крупнее чем в первый раз, когда я его увидел. Выглядел он капец зловеще. Я поторопился занять место между ним и Вячиком. Я успокаивающе поднял руку по направлению к Кенни. Тот, царапая когтями по ламинат подошел ближе. И сложился рядом со мной темной кучей.

— Я же говорил, я его ночью у холодильника на работе застукал. Там свет от фонарей с окна был.

— Ультрафиолет. Он как вампир, только солнечного света боится. Не искусственного, — Вячик тяжело вздохнул, отпустил штору, которую видимо готовился распахнуть, если что пойдет не так. На подрагивающих ногах подошел поближе и плюхнулся в кресло у камина. Я тоже присел. Подальше, на диван. Кенни переполз ко мне.

— Я аж протрезвел, — обиженно сказал Вячик, не отрывая взгляда от Кенни.

— Я тоже, — сказал я. — Он, кстати, к тебе не агрессивен. Вообще.

— А вообще он агрессивен? — поднял брови Вячик. В конце фразы его голос сорвался и дал петуха.

— Обычно нет, только если мне угрожает опасность, — осторожно ответил я.