Джуди уже чувствовала себя мёртвой. Она взяла трубку, зажгла её и закурила.

- Вот и отлично! - воскликнул худой, хлопая в ладоши.

- Хорошая девочка, хорошая грязная шлюшка, - мускулистый посмотрел вниз, скрестив большие руки. - И как только красавчик узнает и надерёт тебе задницу, ты нам будешь уже не нужна. Даже для такой старой, как ты, у тебя есть пара лет, прежде чем ты слишком устанешь от улицы. Мы заставим подонков трахать тебя без седла по двадцать баксов за раз, и ты получишь полную дозу СПИДа. И тебе будет всё равно, милая. К тому времени тебя будет волновать только крэк…

Джуди пошатнулась, как на американских горках. Тошнотворные и странно металлические пары вызвали внезапный выброс эндорфина, который был лучше всего, что она когда-либо знала в своей жизни. Сердце у неё колотилось, как в кинофильме, мозг извивался. Когда стеклянная трубка опустела, её снова наполнили и снова сунули ей в рот. На этот раз Джуди не нужно было приказывать зажигать. Каждый раз, когда она вдыхала дым, часть её души высасывалась.

Они заставили её выкурить ещё три трубки, и когда она закончила, то, дрожа, легла на землю кладбища. Её огромная эйфория пронизывала каждый нерв в её теле, когда она просто лежала там, паря на безумной высоте.

Голос сверху казался плавным, газообразным:

- Теперь ты снова на коне, детка, там, где тебе и место. Однажды став шлюхой-наркоманкой, ты останешься ей всегда.

Что-то шлепнуло её по голому животу.

- Это продержит тебя день или два, но когда тебе понадобится больше… мы будем на связи.

Шаги стали затихать, снова послышалось искажённое хихиканье.

- Приятно иметь с тобой дело!

Когда они ушли, Джуди начало тошнить, но в этот момент она заметила что-то отвратительное, сваленное прямо за забором, и вспомнила этот отвратительный запах.

За зарослями травы лежало несколько мёртвых собак, навалившихся друг на друга, безголовых.

Зачем кому-то…

Наконец её дрожащая рука скользнула к животу и подняла то, что там лежало. Большой мешок крэка.4.

В тот день Сет погрузился в свою рабочую колею, благословенное состояние для творческих типов, но что-то вроде проклятия для тех, кто в отношениях. Проблема сиквела с новыми растровыми потоками занимала его внимание весь день, и он ничего не знал о течении времени. Между методом проб и ошибок и почти постоянными конференц-звонками с его техниками в Тампе было уже темно, когда они разобрались с глюком.

Вот что я называю плодотворной работой, - подумал он, выходя из кабинета в девять вечера, но внезапный удар по часам поднял тревогу.

Срань господня! Я работал целый день и совершенно забыл о Джуди!

Он схватил мобильник, но не стал набирать номер, увидев на кухонном столе её сумочку.

Должно быть, она давно вернулась с прогулки и не хотела меня беспокоить.

- Джуди! - крикнул он. - Где ты?

Не получив ответа, Сет взбежал по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и бросился в спальню.

- Милая?

Она лежала на кровати, всё ещё одетая в то, что надела для прогулки.

- Джуди?

Она проснулась и медленно включила ночник.

- Привет, я…

- Я не слышал, как ты пришла домой, и был так занят работой, что потерял счёт времени. Я хотел позвонить тебе.

- Всё в порядке. Я не хотела мешать. Я вернулась около двух. Я решила немного вздремнуть, но, похоже, проспала остаток дня, - голос её звучал хрипло, под глазами залегли тёмные круги.

- Ты хорошо себя чувствуешь? Ты выглядишь…

- Должно быть, у меня грипп или что-то в этом роде, - oна откинулась на подушки и вздохнула. - Плюс у меня скоро месячные. Я просто чувствую себя дерьмово.