Какое ей дело, что его вырезали из фильма Берта Рейнольдса? Какое ей дело до десяти тысяч актеров, ищущих работу?
— «Звездное небо и Хатч» стоит посмотреть? — спросила она деловито.
Лучше всего не вилять, понял он вдруг.
— Меня и оттуда вырезали. Видите ли…. Пол Майкл Глейзер…
Она засмеялась. Ну, смех! Очень сексуальный.
— Знаю, знаю. Пол Майкл Глейзер испугался конкуренции, верно?
Он широко улыбнулся.
— Угадали.
— Значит, посмотреть вас ни в каком фильме нельзя?
Он нервно запустил пальцы в волосы.
— В стоящем нет.
Дружок Бадди. Мистер Напролом. Куда все это ведет?
— Ах так! — Она помолчала. — В таком случае… может быть, вы согласитесь почитать мне, и, если окажется неплохо, мы устроим вам пробу.
У него почти язык отнялся.
— Пробу?
— Если прочтете удачно. Берите. — Она взяла со стола сценарий и протянула ему. — Идите в приемную, ознакомьтесь не торопясь. А когда будете готовы, скажите секретарше, и я вас послушаю.
Он вскочил и схватил сценарий.
— Знаете, вы не пожалеете! Я выдам то, что надо.
— Надеюсь. — Она кивнула.
У двери он замялся.
— А какая роль?
Она громко рассмеялась.
— Держу пари, вы понятия не имеете, о чем фильм!
К нему вернулось немножко нахальства.
— А кто имеет? Все агенты в городе на стену лезут, что не могут наложить на него лапу. Да если я сейчас улизну с этим экземпляром, то наверняка загребу неплохие деньги.
— И, может быть, лишитесь роли Винни.
— Винни… Будет сделано! — Он выскочил за дверь, прижимая сценарий к груди.
Монтана проводила его взглядом. Что-то в нем ей импонировало. Плюс ошеломляющая внешность и какая-то беззащитность.
Да. Все это у Бадди Хадсона есть. Но вот умеет ли он играть?
Элейн лежала на кушетке совершенно нагая, если не считать пластмассовых козыречков над глазами. Она сняла наушники «Сони», предпочтя предаться мыслям без всяких отвлечений. Как устроить званый вечер, самый лучший в городе? Как сделать его интересным и оригинальным, чтобы о нем еще долго вспоминали?
Гости. Вот важнейший ингредиент. Какими бы чудесными ни были еда, обстановка, музыка, — вся суть в гостях. Если они плохо подобраны, лучше вообще не начинать. Естественно, в первую очередь Биби и Адам Саттоны. Если заполучить их, об остальных можно практически не беспокоиться. После случайной встречи с Биби в «Бистро» Элейн звонила ей дважды. Оба раза она упиралась в услужливую секретаршу, которая клятвенно заверяла ее, что миссис Саттон обязательно ей позвонит. Но Биби все еще не позвонила.
Элейн повернулась на бок и закинула руку за голову. Она решила слегка загореть к своему вечеру, а солнечное облучение, бесспорно, много практичней, чем открытое солнце, которое легко может бесповоротно погубить кожу. Ну зачем Росс старается стать медно-коричневым? От этого все складочки и морщинки становятся глубже и заметнее.
Резкое жужжание — и аппарат над всей длиной ее тела автоматически отключился. Она с облегчением покинула обтянутую прозрачным пластиком кушетку и оглядела себя в трюмо. Каждый дюйм кожи словно светился. Но восхищаться ее чудесным золотистым телом было некому. А Росс, конечно, даже не заметит.
Она нахмурилась. Может, подошло время развлечься? Но с кем? Выбор у нее очень ограниченный, а вернее, его и вовсе нет.
После дантиста и безвестного актера она пришла к твердому выводу, что игра не стоит свеч. Да и в узко сексуальном смысле тоже.
Ты испорчена, Элейн. |