— Вы собираетесь ехать… туда? — услышала я свой негромкий, срывающийся голос. Стьёль обернулся, осторожно погладил меня по щеке, ласково улыбнувшись. — Но вы же сами сказали, там Кмер…

— Тия, армию должен возглавлять кесарь, — твердо проговорил Виго, глядя на меня тяжело и пристально. — Ты сама понимаешь, что беременная женщина на роль полководца никак не годится, да и… при всем моем уважении, стратег из тебя не лучший.

Я закусила изнутри губу, пытаясь сдержать слезы. Да, Гнутое Колесо был прав, в том числе в своей грубой прямолинейности, но…

Почувствовав, как ладонь мужа ободряюще сжала мое плечо, я вновь вскинула на него взгляд. Теплая улыбка, короткое ласковое прикосновение к щеке — и он вновь вернулся к обсуждению деталей.

А я продолжила судорожно цепляться за штанину альмирца, и все мои силы уходили на то, чтобы не разреветься при посторонних. Сейчас это было особенно сложно. От понимания, что вот сейчас, прямо сейчас муж уедет и, может быть, никогда не вернется, в груди стало холодно и пусто, а в горле встал колючий комок.

Как так? Почему? Мы луны не провели вместе! Боги, ну зачем было сводить нас, дарить это чувство, от которого сейчас сердце сводит, будто оно вот-вот остановится, — а через несколько дней отнимать его?!

— Тия, можно тебя на пару слов? — раздался рядом негромкий голос.

От неожиданности этого обращения и, главное, прикосновения я дернулась. Рядом со мной стояла Рина и осторожно тянула меня за локоть, вынуждая подняться с кресла. Я окинула быстрым взглядом мужчин; они не обращали на нас особого внимания, занятые серьезными делами. Поскольку проку от меня здесь и сейчас не было, я подчинилась дане и встала, после чего на деревянных ногах двинулась за ней вглубь покоев.

— Что случилось? — спросила я почти ровно, когда за нами закрылась дверь спальни.

— Что-что, успокоиться тебе надо, вот что, — вздохнула она, наливая из чеканного кувшина воду в небольшой кубок. — Садись. Держи.

— Как ты можешь быть такой спокойной? — судорожно вздохнула я, обеими руками вцепилась в посуду и попыталась поднести ее ко рту. Но руки затряслись, и я бессильно уронила их на колени, потом попыталась еще раз, уже удачней: Рина одной рукой аккуратно взяла меня за плечо, второй помогла удержать пляшущий кубок. Я сделала несколько нервных, захлебывающихся глотков, и от этого действительно стало легче.

Дана присела рядом.

— Мне тоже страшно и тревожно, — со вздохом возразила она и, слегка улыбнувшись, добавила: — Просто тебе в твоем положении сложнее рассуждать здраво. Успокойся, — дана участливо погладила меня по плечу. — Никто не умер, и совсем не обязательно их поездка закончится трагично. Они взрослые мужчины, воины, Ив — сильнейший из живущих фиров, при этом он неуязвим к силе данов и даже Хаосу может кое-что противопоставить. Он больше не повторит ту ошибку и, в случае чего, обязательно прикроет Стьёля.

Я зажмурилась, глубоко вдохнула, медленно выдохнула.

— Это очень эгоистично, но как раз за Ива я совсем не боюсь, — пробормотала я.

— За Ива очень боюсь я.