— Ну, я ведь еще не доучилась, — проговорила рассеянно.

— Здесь поблизости как раз есть одна, пять минут пешком в сторону центра города, — ответил мужчина с нечитаемым выражением лица.

— Почему вы так на меня смотрите? С ней что-то не так? — нахмурилась я. Пристальный и непонятный взгляд фира мне решительно не нравился.

— Нет, почему, обычная школа.

— Тогда в чем дело? — я совершенно растерялась. — Что случилось?

— Нет, ничего, — он качнул головой, как-то странно усмехнулся. — Просто собственные мысли, не придавайте значения. Мы ведь совсем не знакомы, и я могу ошибаться. Тем более они вам, скорее всего, не понравятся.

— Да уж давайте начистоту, вам ведь явно хочется высказаться. Иначе не стали бы пускаться в пояснения, — хмыкнула я в ответ.

Не понравится и не понравится, и пусть его. Я уже определилась со своим отношением к этому человеку и догадывалась, что именно он может сказать.

— Мне не верится, что вы в самом деле решили вот так уйти.

— То есть? — нахмурилась я.

— По доброй воле из-за какой-то ерунды поменять дворец на вот эту халупу? — мужчина чуть усмехнулся. — Просто сразу простить гордость не позволяет. Поломаетесь и вернетесь.

— А судите вы по себе? — ядовито поинтересовалась я. Конечно, чего-то подобного я и ожидала, но одно дело — предполагать, а совсем иное — слышать. Нравиться мне фир перестал окончательно. — Вы всегда ломаетесь, но прощаете, когда речь идет о больших деньгах?

Мужчина ответил на мою отповедь ошарашенным взглядом и поперхнулся чаем, а я воспользовалась этой возможностью, чтобы сбежать: извинилась, сослалась на усталость и ушла спать. Настаивать на продолжении разговора, спорить и требовать извинений страж не стал.

Может, я к нему несправедлива и не такой уж он вредный? Его тоже можно понять: вместо настоящей работы приставили сторожить непонятную девицу, которая гордо ушла от мужа, хлопнув дверью, после семейного скандала. Он ведь не знает, кто я, почему ушла и для чего мне нужна охрана. На его месте я бы тоже, наверное, подумала про придворную бездельницу, которая просто вертит хвостом. А Алый Хлыст почему-то идет у меня на поводу, тоже ведь неспроста…

Да уж, об этой проблеме я даже не подумала: о том, как это будет выглядеть со стороны. Не только сейчас, но и после, когда все закончится. Выходит, что я действительно прощу мужу измену ради жизни во дворце.

Тьфу! Нашла, о чем думать. Какая разница, что подумают посторонние? Главное, я-то знаю, что все это игра, что Ив меня любит, и помню, с каким трудом он на все это согласился. А на шепотки плевать, все равно я никого из этих людей не знаю.

Последняя мысль была разумной, правильной, но все равно не успокоила меня. Я долго ворочалась на постели, мысленно споря с фиром и с самой собой. Было то слишком жестко, то слишком душно, то хотелось пить, то подушка казалась жутко неудобной. Только после полуночи я забылась зыбким тревожным сном, из которого вынырнула, кажется, в следующее мгновение.

Сначала подумалось, что это продолжение бессонницы и такая вот прерывистая дрема, но почти сразу я поняла: нет, дело не в этом. В комнате кто-то был. Как раз в тот момент, когда я осознала его присутствие, он бесшумно прикрывал за собой дверь.

Умом я понимала, что дело в тщательно смазанных петлях, но почему-то от этой тишины накатил цепенящий, оглушающий ужас. Как будто по мою душу явился не хитрый смертный преступник, а сам Держащий-за-Руку.

Напрочь забыв о том, что я не одна, что где-то рядом есть не только красивый страж Серебряная Стрела, но другие, более подготовленные люди, я лежала, не в силах даже моргнуть, и по-детски отчаянно и глупо молилась, чтобы ночной гость меня не заметил.