|
Граф был не меньше дочери покорен им и решительно отмел ее слабые протесты по поводу цены платья, заявив, что все остальные наряды, которые она примеряла, просто блекнут на его фоне. «В конце концов, раз в жизни ты сможешь надеть что-то приличное, не связанное с обычным компромиссом между ценой и нашими финансами, или тем более не самоделку из числа тех, что вы творите на пару с Мелли», — с неожиданной твердостью он настоял на своем. Франческа не долго спорила, хорошо понимая, что для отца столь же важно, как для нее самой, чтобы она была хорошо одета на балу по случаю его помолвки. В этом проявились и нескончаемая его любовь к дочери, и его собственная гордость, и многое-многое другое. После того как платье было приобретено и слегка подогнано по фигуре, отец повел ее завтракать в гриль-бар отеля «Гайд-Парк», чтобы отметить это событие. «Чудесный был день», — подумала Франческа, вспоминая его с удовольствием и признательностью.
Она коснулась пальцем жемчужного ожерелья. Бриллиантовая застежка, находившаяся у нее прямо под горлом, преломляя свет, отбрасывала множество сияющих лучиков на кремовые жемчужины, казавшиеся еще белее на ее загорелой коже. «Ожерелье Виктора — само совершенство, платье — великолепно, а я сама выгляжу превосходно», — шепнула сама себе Франческа. Сегодня ей хотелось, чтобы Виктор увидел ее особенно красивой, и это желание было столь пылким, что Франческа с трудом сдерживала свое возбуждение все время, пока одевалась. Она не могла дождаться его приезда, жаждала насладиться выражением его лица, когда он впервые увидит ее в этом наряде. Она бросила взгляд на часы, стоявшие на тумбочке рядом с кроватью. Было уже почти девять. Виктор будет здесь уже скоро, очень скоро. Его вместе с Ником и Джейком пригласили приехать пораньше, чтобы успеть до начала бала выпить в кругу семьи, поскольку Дорис включила их в число особо приближенных гостей. Остальные начнут съезжаться к официальному открытию бала, к десяти, а ужин подадут в полночь. Накинув тонкую шаль на обнаженные плечи, Франческа взяла шелковую персиковую бальную сумочку, подобранную точно в тон туфлям на высоких каблуках, и торопливо вышла из своей комнаты. Являя собой живое воплощение красоты и грации, она легко и быстро сбежала вниз по лестнице. Персиковое органди розовым прозрачным туманом обвивало ее фигуру, лицо сияло откровенной радостью и нетерпеливым ожиданием. Выбежав на террасу, Франческа, к немалому своему удивлению, обнаружила, что там никого нет, не считая бармена за стойкой, оборудованной в дальнем конце. Вся летняя мебель была убрана, а все пространство террасы заставлено круглыми маленькими столиками под розовыми скатертями в окружении позолоченных стульев. На каждом столике стояла вазочка с розовой или красной розой и горела свеча под рубиновым стеклянным колпаком. Их розовый отсвет, падая на цветы в гигантских горшках, расставленных в разных уголках террасы, создавал особую праздничную атмосферу. Лавируя между столиками, Франческа прошла к бару и попросила себе бокал шампанского, оглядывая между тем террасу и прилегающий сад, любуясь результатами трудов приглашенных Дорис электриков и декораторов. И раньше служивший неиссякаемым источником эстетического наслаждения своей сочной зеленью и роскошными многоцветными клумбами, сад сегодня сказочно преобразился, приобрел совершенно волшебный вид, от которого захватывало дух. Развешанные тут и там фонари выхватывали из темноты каждый цветок, каждый листик, подчеркивая их естественную красоту. Гирлянды маленьких лампочек обвивали кусты и деревья, причудливые китайские фонарики, покачиваемые легким ветерком, свисали с ветвей, небольшие, размещенные в выбранных с продуманной тщательностью точках, прожектора подсвечивали величественные пирамидальные тополя, росшие вдоль ограды. Сад производил сказочное впечатление. Франческа взглянула на центральную лужайку. Площадку для танцев со складным полом окружали сервированные на десять и на двадцать персон столы, покрытые розовыми скатертями, а в дальнем конце, в тени деревьев была возведена небольшая эстрада для оркестра. |
