— Что вы можете знать об этом, атеист!

— Насколько я помню, Святой Павел стоял рядом и держал одежды тех, кто побивал Стефана камнями. Очевидно, в то время он еще не был верующим. Более того, все считали его самым большим врагом Церкви. И все же потом он раскаялся, разве не так? Поэтому я предлагаю тебе считать меня не противником Господа и Церкви, а апостолом, которого еще не остановили на дороге в Дамаск. — Эндер улыбнулся.

Мальчик одарил его злобным взглядом:

— Вы не Святой Павел.

— Почему же нет? — удивился Эндер. — Я стану апостолом свинксов.

— Вы никогда не увидите их. Миро не позволит вам.

— Может быть, и позволю, — раздался голос из дверей.

Все повернулись и стали смотреть, как он входит в дом. Миро был молод, ему еще не исполнилось двадцати. Но в выражении лица и походке жило нечто… Груз ответственности и еще боль, сделавшие его не по годам зрелым. Эндер видел, как остальные уступают ему дорогу. Нет, они не сторонились его, не отступали, не избегали его и точно не боялись. Скорее, ориентировались по нему, будто он был центром тяжести в комнате, а все прочие люди двигались и жили только благодаря его присутствию.

Миро вышел на середину комнаты и посмотрел на Эндера. Нет, на пленника Эндера.

— Отпустите его, — сказал Миро, и в голосе его был лед.

Эла прикоснулась к его руке:

— Грего пытался заколоть его, Миро.

А еще это значило: «Успокойся, все в порядке, Грего вне опасности, и этот человек — не враг».

Эндер слышал эти слова, Миро тоже.

— Грего, — начал Миро, — я ведь говорил тебе, что рано или поздно ты напорешься на человека, который тебя не испугается.

Услышав, что союзник превратился во врага, Грего заскулил:

— Он убивает меня, убивает меня!

Миро холодно посмотрел на Эндера. Может быть, Эла и доверяла Голосу, но Миро — нет, еще нет.

— Я делаю ему больно, — признался Эндер. Когда‑то он узнал, что лучшим способом завоевать доверие является правда. — Каждый раз, когда он пытается вырваться на свободу, ему становится несколько неудобно. И он, между прочим, продолжает сопротивляться.

Эндер спокойно смотрел в глаза Миро, и тот понял даже то, что не было сказано, и не стал настаивать.

— Я не могу вытащить тебя, Грегорио.

— Ты позволишь ему продолжать? — спросил Эстевано.

Миро махнул рукой в его сторону и извиняющимся голосом объяснил Эндеру:

— Его все называют Квим. — Слово произносилось как «кинг» — «король» на звездном. — Сначала потому, что его второе имя Рей. Теперь из‑за того, что он считает себя королем по божественному праву.

— Ублюдок, — бросил Квим и вышел из передней.

Все остальные стали устраиваться поудобнее. Миро решил принять незнакомца, по крайней мере на время, а потому остальные могли немного расслабиться. Ольядо уселся на пол, Квара вернулась на диван, Эла прислонилась к стене. Миро взял второй стул и уселся напротив Эндера.

— Почему вы пришли в этот дом? — спросил Миро. По тону его голоса Эндер понял, что парень, как и Эла, не сказал своим, что вызывал Голос. Значит, оба не знают, что другой ждал приезда. И оба ошарашены тем, что он прибыл так скоро.

— Чтобы встретиться с вашей матерью.

Облегчение, которое испытывал Миро, можно было даже пощупать, хотя на его поведении это не отразилось никак.

— Она на работе, — ответил он. — Работает допоздна. Пытается вывести сорт картофеля, который может прижиться здесь.

— Как амарант?

— Уже слышали об этом? — улыбнулся Миро.