И тут я понимаю, что же заставило меня остановиться и пробудиться от грез. Причина в двух обстоятельствах. Во первых, судя по всему, я умудрилась пройти мимо дома судьи и не заметила этого. Если я продолжу путь и дойду до конца поля, то вероятнее всего окажусь на городской окраине. Во вторых, дорогу перегородило бревно… точнее, никакое это не бревно, а аллигатор! Не то чтобы гигантский, но достаточно крупный, чтобы мешать пройти.

Я не могу отвести от него глаз, и меня охватывает благоговейный ужас. Таких крупных хищников мне доводилось видеть разве что на экране!

– Щас я его прогоню! – слышу я чей то голос и краем глаза замечаю того самого мальчишку на велосипеде. На грязной футболке отчетливо виднеются отпечатки куриной ножки, не так давно вывезенной им из «Хрю хрю и Ко ко».

– Не надо! Даже не вздумай! – но мои слова не производят ровным счетом никакого эффекта. Ребенок, спрыгнув с седла, разбегается и несется на аллигатора, толкая перед собой велосипед, как таран.

– Стой! Назад! – я кидаюсь следом, хотя понятия не имею, что нужно сделать.

На наше счастье, переполох пугает хищника, и он соскальзывает по краю насыпи в водяное убежище.

– Никогда больше так не делай! – задыхаясь, отчитываю я мальчика. – Это очень опасно!

Он недоуменно смотрит на меня. На его лбу залегают складки, которые я легко различаю в слабом свете. Он скользит по мне взглядом больших карих глаз, обрамленных невероятно густыми ресницами, которые я заметила еще в первый день, когда он сидел в одиночестве на школьном дворе.

– Да ладно, он же махонький, – говорит мальчик, имея в виду аллигатора.

Сердце у меня сжимается. Голосок у малыша тонкий, а еще он выговаривает не все звуки – выходит, он еще младше, чем кажется! Как бы там ни было, вряд ли ребенку пяти шести лет от роду стоит вот так свободно кататься по всему городу, перебегать улицы, гонять аллигаторов.

– А что ты тут делаешь совсем один?

Его худенькие плечи под застиранной, перепачканной жиром майкой с Человеком пауком поднимаются и снова падают. Кроме майки на нем еще мешковатые шорты – видимо, вместе они составляют пижамный комплект.

Я разминаю руки, чтобы стряхнуть с них напряжение, и пытаюсь собраться с мыслями. Остатки страха, еще не рассеявшиеся во мне, настраивают на боевой лад.

Наклонившись к мальчику, я ловлю его взгляд:

– Тебя как звать? Ты тут неподалеку живешь, да?

Он кивает.

– Ты не потерялся?

Мальчик мотает головой.

– Может, тебе нужна помощь?

Еще одно бессловесное «нет».

– Ну ладно. Тогда просто посмотри на меня. – Он послушно поднимает взгляд, но тут же робко его отводит. Я пользуюсь старым учительским приемом: навожу два пальца на глаза – сперва на свои, потом – на его. Наши взгляды встречаются. – Ты знаешь, как отсюда добраться домой?

Он смотрит на меня и неуверенно кивает. В это мгновение мальчик напоминает дворового котенка, который забился в угол и пытается понять, как бы ему от меня улизнуть.

– А дом далеко?

Он машет в направлении ветхих домиков по ту сторону поля.

– Давай так: прямо сейчас ты сядешь на велосипед и поедешь домой. И останешься там, потому что близится гроза, а я совсем не хочу, чтобы в тебя угодила молния или еще что нибудь приключилось. Договорились?

Я вижу, как его расстраивает моя просьба. У него явно были другие планы. Какие – даже подумать страшно.

– Я – учитель, а учителей надо слушаться, так? – продолжаю я, но ответа нет.