- Извини, что я показал тебе этот ужасный фильм, но, как я уже говорил, мне нужно, чтоб ты поняла, почему мы делаем это...

Вероника кивнула.

- Мы скоро вернемся. А ты пока можешь попробовать вздремнуть.

Вероника кивнула.

Хелтон вздохнул, и вместе с сыном, наконец, вылез из грузовика.

"Макдональдс", - рассеянно подумала она. "Хоум Депо"...

В мозгу у нее будто что-то щелкнуло.

Она поднялась на ноги - по крайней мере, насколько позволял наручник - хотя не понимала, почему это делает. Попыталась посмотреть сквозь лобовое стекло, но в таком сгорбленном положении она видела лишь край наполовину заполненной парковки. День был в разгаре. Вытянув шею... она заметила движение...

Фигура в голубой рубашке - знакомой голубой рубашке - поспешно двигалась между рядов припаркованных машин. Хотя ей даже в голову не пришло, что голубая рубашка этого человека идентична ее собственной. Это был худощавый мужчина с "шипастой" прической. В голове зазвучали шепотом другие знакомые ей слова. Он засовывал листки бумаги под "дворники" каждой машины. И по какой-то невероятной случайности, порыв ветра подхватил листок с одной из машин и отнес прямиком на лобовое стекло черного грузовика.

Очевидно, это была рекламная листовка. Вероника принялась читать: "В КАНУН РОЖДЕСТВА ОТКРЫТО ДО ПОЛУНОЧИ! ПРАЗДНИЧНАЯ РАСПРОДАЖА ТОЛЬКО В "БЕСТ БАЙ"!

Затем листок затрепетал и улетел прочь.

"Бест Бай", - подумала Вероника. Она смотрела, как тип с "шипастой" прической петляет между припаркованных машин, и по какой-то неведомой причине ей в голову пришло имя: Арчи...

Вероника снова села, испытывая смесь удовлетворения и замешательства, если такое душевное состояние вообще возможно. Если б она осталась стоять еще немного, тот тип в голубой рубашке - Арчи - увидел бы ее, когда помещал листовку под "дворник" грузовика.

Она тупо посмотрела вверх, когда вернулся Микки-Мэк. Он поставил на пол охапку белых пакетов, пахнущих фастфудом.

- ЗдорОво, Вероннерка! Тебе уже лучше?

Вероника уставилась на него.

- Принес тебе немного жрачки. Наверное, к такой ты более привыкшая - городская еда. Пахнет неплохо, да?

Вероника кивнула.

Микки-Мэк сел на складной стул, но перед этим Вероника успела разглядеть на спинке стула багровые разводы. Ей не пришло в голову, что это - засохшая кровь.

Микки-Мэк потер промежность без видимой причины.

- Не беспокойся, Вероннерка. Как обещал дядя Хелтон, скоро ты пойдешь домой. Он бросил на нее проницательный взгляд.

- Знаешь, Вероннерка, а у тебя клевые сиськи. Можешь еще раз показать их мне?

Вероника покачала головой и задрала рубашку.

У Микки-Мэка вздулись щеки.

- Блин, девочка! Они с каждым разом становятся только лучше. Мы называем такие "Рождественские сиськи"! - Он потер себе промежность уже более осознанно. - Слушай, кажется, ты была не прочь "настроить" наши "петушки". Как насчет того, чтобы "настроить" мой прямо сейчас.

Вероника кивнула.

- Блин, ты такая хорошая девочка! - Микки-Мэк вскочил на ноги, извлек из штанов зловонный пенис и, не колеблясь, сунул его Веронике в рот.

- Да, взад-вперед, вот так, как мы тебя учили...

Последовало ритмичное чмоканье. Пенис тут же отвердел. И Вероника ни разу не поморщилась, когда с каждым толчком он проникал ей в горло дальше гланд.

У Микки-Мэка участилось дыхание.

- Блин-блин-блин! Это просто... это просто лучший "отсос", который мне когда-либо делали... - Промежность у него напряглась. -  Понимаешь, это чертовски здорово, что мой член стремится к чему-то естественному. А все те "головачи", которые мы устраивали? Черт, приятная, конечно, штука, но все-таки... есть в траханьи голов что-то неестественное, - но затем он запнулся.