– Хорошо, хорошо.

Барт умолк, дожидаясь слов, ради которых генерал позвонил. Гома с радостью их изрек.

– Люди недовольны, – сказал он. – Они нервничают.

– Еще бы. Это вполне есте…

– Они хотят больше денег.

– Что?

– Нет гарантии, что сражение обернется в нашу пользу.

– Но вы сказали…

– Я не верю, что мы потерпим поражение. Но люди – они волнуются. У большинства из них семьи. Им нужно их содержать. Если они окажутся на проигравшей стороне, то вполне могут потом умереть от голода. Они требуют увеличить аванс.

– Но, генерал, у нас соглашение…

– Хватит уже дерьма! Соглашения будут потом. Сначала кровопролитие, затем разговоры. Но если не поступят новые деньги, кровопролития не будет.

Молчание. Когда генерал уже начал думать, что их разъединили, Барт спросил:

– Сколько?

– Миллиона достаточно. Пока.

– Миллион долларов. На премиальные вашим людям.

– Чтобы они успокоились.

– Ясно. Вы раздаете миллион долларов своим людям, и они радостно кидаются в бой.

– Вот именно.

– Как, по‑вашему, я должен доставить миллион наличными? За выходные?

– Просто переведите их на мой счет, – сказал Гома. – Я их оттуда возьму.

Генерал глотнул скотча, дожидаясь, пока Логан примет решение.

– Мне придется поговорить с Шеффилдами, – произнес наконец Логан. – Поздновато на этом этапе игры просить еще денег.

– Поздновато, но не поздно. Твои братья Шеффилды – люди богатые. Они могут заставить людей шевелиться.

– Да, конечно.

Голос прозвучал рассеянно, как будто Логан уже мысленно репетировал речь перед своими шефами.

– Отправляйся за деньгами, Барт. Я сейчас иду спать. Когда я проснусь утром, я проверю свой счет. Если деньги придут, мы пойдем в атаку. Если нет, я не смогу ничего гарантировать.

Гома положил трубку и позволил себе утробно рассмеяться.

Глава 55

Барт Логан медлил перед домом на Пасифик‑Хайтс, в котором жил Крис Шеффилд. Он нес плохие новости и боялся реакции братьев. Мерзкий обычай «убить вестника» был их золотым правилом.

Майкл, который временно жил у брата, подошел к домофону и впустил Барта.

Барт бывал в квартире Криса много раз, но каждый раз поражался ее роскоши. Латунные стены лифта были отполированы как зеркало, в котором он видел свое унылое лицо. Когда двери открылись на верхнем этаже, Барт ступил на ковер такой толщины, что, казалось, утопаешь в нем по колено. Светильники в коридоре отбрасывали полукружья приглушенного света на дубовые панели стен.

Майкл ждал его, стоя в носках на пороге квартиры, и курил.

– Надеюсь, не помешал? – спросил Барт.

Майкл не ответил. Он вошел внутрь, оставив дверь открытой. Барт перешагнул через порог с ощущением, что делает шаг вниз с вершины скалы.

Крис сидел в дальнем углу гостиной за письменным столом, опираясь на него локтями. Одет он был в свободную зеленую рубашку и походил на жирную лягушку. Майкл, в джинсах и красной рубашке‑поло, подошел к столу. За окном позади братьев открывался вид на Эйнджел‑айленд, Алькатрас и мерцающие воды залива.

Майкл взял со стола лист бумаги и сунул его Барту:

– Ты видел это?

– Что это?

– Вчера перед закрытием суда эта сука адвокатша подала новое ходатайство. Она хочет знать подробности любых операций Шеффилдов в Нигере. Она даже упоминает уран. Кто‑то слил ей информацию.