Лукавый взгляд старого эльфа перебегал с него на женщину.

– И все же, возможно, стоит сделать так, как предлагает Леди? Оставь ее в качестве моей гостьи на несколько часов. Это будет гарантией того, что Флейту взяли временно. Думаю, ни один достойный мужчина не бросит на произвол судьбы свою любимую, зная, что ее принесут в жертву монстру, если он так поступит. Если червяк будет убит и благородство твоих намерений подтверждено, ты получишь в свое распоряжение Платиновую Флейту, а после, когда найдешь Предопределенного, передашь ее ему.

– Леди не принадлежит мне… – начал было Стайл, но одумался. Не время и не место обсуждать эту тему. К тому же он поставит себя в двусмысленное положение, если начнет отрицать любовь к ней. Но что касается ее, Стайл не может допустить ни малейшего риска.

– Оставь ее в качестве моей гостьи, – повторил Пирефодж. – Эльфы не знают и не узнают, что хозяин Голубых Владений сменился, никто не заподозрит подмену. Леди ничто не угрожает. – Он взглянул на нее. – Ты, случайно, не умеешь играть в шахматы?

– Случайно умею! – улыбнулась Леди.

Стайл наконец понял, что старый эльф предложил разумный выход. Это верный путь рассеять сомнения эльфов без реальной опасности для Леди. К тому же не тащить же ее с собою на битву с червяком.

– Побереги гармонику, пока меня не будет, – сказал Стайл, вручая Леди волшебный инструмент. – На этот раз я воспользуюсь Флейтой.

– Не нравится мне все это, – сказала Леди угрюмо, но гармонику взяла. Если Стайл не вернется, она будет памятью о нем.

А Пирефодж тем временем расставлял фигуры на шахматной доске.

Держа в руках Платиновую Флейту, Стайл спускался в черную пасть подземелья. Теперь он знал происхождение и серных испарений, и знойного дыхания ветра: там, внизу, жил гигантский червяк!

Стайлу не приходилось сражаться с такими монстрами, Леди права, потому и настроение его не очень‑то оптимистично. А логово Червяка, по мере того как он спускался в расселину, все приближалось…

И все же, думал Стайл, магическая сила Адепта с Платиновой Флейтой должна взять верх над монстром, если, конечно, не какая‑нибудь роковая случайность. Но у Стайла есть преимущество внезапность нападения, и его нужно с толком использовать. Немаловажно и то, что по всей вероятности червяк примет Стайла за очередную человеческую жертву. В предвкушении обеда он будет в отличном расположении духа.

Необходимо подобраться к нему до того, как чудище поймет, кто перед ним. Стайл не должен упустить и этот шанс, ведь старый эльф предупредил его, что Флейта – всего лишь подспорье в битве. Платиновый инструмент, увы, не всесилен, как хотели бы думать его создатели – Темные эльфы.

Он спускался в черную пропасть по отлогому склону верхом на Нейсе. Кобылица осторожно нащупывала дорогу, боясь поскользнуться. Стайл крепко прижимал к себе Флейту. Он возлагал на нее большие надежды. Она должна сослужить ему двойную службу: оберегать в момент чтения заклятий и сгущать магическое облако, издавая звуки, – то есть заменять гармонику. Ведь не мог же Стайл во время битвы держать в руках и то, и другое.

Он уже составлял в уме заклинания. Одно – чтобы гасить огонь, другое – чтобы стать неуязвимым, еще одно – чтобы стать невидимым. Но больше всего он нуждался в заклинании, которое дало бы ему силу сразить червяка и отправить его в ад. Здесь, в этом магическом измерении, действительно существовал ад. Однажды он шутя послал Нейсу в ад (или, мы бы сказали, ко всем чертям), и это повлекло за собой много неприятностей. Очень много… Нейса была недовольна, и теперь, если Стайл повторит проделанное, Нейса воспротивится. Единороги дьявольски упрямы и, коли пришли к определенному выводу, ни за что не отступят.