Он торопливо поясняет, куда смотреть и как эти значки понимать. Да, действительно очень похоже на «Такатту». Вообще «Такатта» – это такой детектор, который сообщает, что стрелок вражеского лайдера ловит твою машину в прицел. У Виктора же система аналогичная, только настроенная на большее количество оружия, причем и ручного в том числе. Да-а, его коммуникатор мне нравится все больше и больше. Ну, просто на редкость полезная штучка!

– Брайан! – восклицает Виктор. – Мы в прицеле парализатора!

– Вижу, – бормочу я. – А теперь заткнись и не мешай мне работать…

Следующие полчаса проходят за привычным для меня занятием, причем я даже начинаю получать удовольствие от нашей гонки. Вернее, гонкой как таковой это не назовешь, скорее пятнашки или салочки. Короче, мы кружим над океаном, стараясь не слишком удаляться от Лалибу. Стрелок в лайдере так себе – мазила и тормоз, так что я даже мог бы особо и не напрягаться, если бы не путающиеся под ногами «Бутвили», потому что в них-то как раз пилоты что надо. Не все, конечно, но как минимум треть. Они стараются зажать меня и загнать под выстрелы лайдера, но им это не удается, потому что я беззастенчиво пользуюсь испытанным ранее трюком – просто-напросто иду напролом, пру на таран, твердо зная, что они будут вынуждены отступить. И они отступают, потому что уверены – нам терять нечего, а у них приказ: взять нас живыми.

– А ведь тебе нравится все это, да? – вдруг спрашивает меня Виктор.

– Очень. А тебе разве нет? – ехидничаю и закладываю очередной, очень крутой вираж.

Тойер инстинктивно вцепляется руками в подлокотники кресла и молчит – похоже, у него перехватило дыхание от скорости.

– Что ж, у нас с тобой разные пристрастия, – констатирую я. – Тебе больше по душе втыкать людям в уши зубочистки.

– Каждому свое! – огрызается Виктор, но я ясно вижу, что сумел-таки задеть его за живое.

Тут приходит долгожданный вызов от Лонга.

– Брайан, двигай к Лалибу, заходи над портом, рви по набережной, а за желтым шпилем резко налево и вниз до земли.

– Понял. – Начинаю выполнять предписанное.

– Я в черном «Бутвиле», – продолжает инструктировать Лонг. – Он из «конюшни» группы захвата Милано, так что ваши «хвосты» примут меня за своего…

– Что? – перебивает Тойер. – В чьем ты «Бутвиле»?!

– Твой приятель что, глухой? – с ноткой раздражения спрашивает меня Лонг.

– Нет, просто он лично набирал и оснащал эту самую группу захвата для Милано. – Я еле сдерживаю смех, такое забавное сейчас у Виктора лицо.

– Да, оснащал! – раздражается он. – Оснащал! И знаю, что эти «Бутвили» невозможно угнать! Там сенсорные панели настроены на распознавание конкретных пилотов по ста двадцати параметрам: отпечаткам пальцев, тембру голоса, сетчатке глаза, анализу ДНК…

– Потом доскажешь, – перебивает его Лонг. – Короче, я трижды мигну вам боковыми фарами…

– Откуда у тебя этот «Бутвиль»? – настойчиво переспрашивает Виктор.

– Мне его подарили, – огрызается Лонг. – Брайан, заткни ему чем-нибудь рот, а?

– Вик, ну в самом-то деле, времени же нет, – укоризненно кручу головой.

Тойер щурит глаза и раздувает ноздри, но замолкает.