– Что значит, в расход?! Как так убили?! Лонг, ты чего несешь?! – Мне кажется, что я схожу с ума. – Объясни все толком! С чего ты решил, что там был я?!

Лонг делает гримасу и смотрит так выразительно, словно я наиглупейшую глупость сморозил.

– Объясни, – прошу.

– А чего объяснять? – удивляется он. – И так все ясно. Там был ты. И тебя тогда убили. А я… сам умер…

– Лонг!!! – Вскакиваю со стула, хватаю его за грудки и собираюсь как следует встряхнуть, но он внезапно трезвеет, а взгляд его становится острым и холодным, как клинок. Я поспешно убираю от него руки и даже отступаю на шаг. А он забирает у меня бутылку водки и пьет прямо из горла.

Я не выдерживаю и громко матерюсь так, что на нас снова начинают оглядываться из-за соседних столов. Лонг же на мою тираду не реагирует – он подзывает официанта, требует еще водки, а потом начинает ее хлестать – стопку за стопкой – размеренно, словно автомат, а глаза у него становятся пустыми-пустыми и какими-то… мертвыми.

Разыскиваю Дика и Эрика, прощаюсь и говорю, что ухожу. Они в ответ жмут мне руку.

– Ну, бывай, Брайан. Если что, ты знаешь, как нас найти.

Я киваю. Оба кода: и Эрика, и Дика, теперь есть в моем коммуникаторе. И только кода Лонга там нет, хотя именно он нужен мне сейчас, пожалуй, больше других…

Глава 4

ОН ИЛИ ОНА

Выхожу из клуба, сажусь в свой «Цирус» и смотрю на часы: три утра. Интересно, Том Крыса уже спит? Мне бы надо позвонить ему, сказать, что дело сделано, да поблагодарить заодно. Теперь я его должник. Ладно, звонить ему пока не будем, отложим до более приличного времени. А вот дока не грех и разбудить.

Набираю код Рабиша. Он откликается сразу, будто ждал.

– Док? Это Брайан. У меня все в порядке. Через полчаса буду в клинике.

– Да? – без энтузиазма откликается он.

– Что-то случилось? – настораживаюсь я.

– Просто устал, – после паузы отвечает он. Не могу удержаться от понимающего вздоха: я тоже, да еще как!

– Прилетайте скорее, мне надо вам кое-что показать, – добавляет Рабиш. – Нечто очень важное и… нехорошее…

После такого напутствия, я мгновенно срываю мобиль со стоянки, быстро вписываюсь в самый верхний – скоростной – уровень спортивного шоссе и выжимаю все, что могу из довольно слабенького движка «Цируса», радуясь, что в этот утренний час шоссе почти пустое. Почти – потому что парочка «Сантвиллов» и «Эрроу» на спортивном шоссе все же есть. Представляю изумленные лица их пилотов, когда они видят проносящийся мимо них на немыслимой скорости «Цирус»! Примерно то же самое, наверное, чувствует ласточка, видя обгоняющую ее курицу! Но, если серьезно, я так обеспокоен, если не сказать напутан, словами и интонацией Рабиша, что, будь у меня сейчас обычная метла я, пожалуй, заставил бы взлететь и ее.

В момент долетаю до клиники. Плюхаюсь на гостевую стоянку и вижу Рабиша. Он маячит на крыше, приплясывая от нетерпения. Выхватываю из кабины футляр с излучателем и бегу к нему.

– Я раздобыл его, док!

Рабиш с ужасом смотрит на футляр и стонет:

– Ох! Что же вы наделали! Зря вы это, Брайан! Зря!

От этих слов у меня тотчас холодеют руки, и едва не останавливается сердце.

– Господи, док! Да что тут без меня стряслось-то?!

– Пойдемте в кабинет, – бормочет Рабиш и рысцой направляется к лифту.