— Николай Генрихович, какого размера был нынче приз?

— Двадцать тысяч рублей.

Я вписал в бумагу сумму, поставил подпись и протянул самописку Боголюбовой. Пока она расписывалась, я отсчитал три сотенные бумажки.

— Пожалуйста, Анастасия Платоновна.

По тому, как девушка взяла деньги, как вспыхнули радостью её глаза, было видно, что это первый в жизни заработок. Эмоций прибавляло ещё и то, что получен был он не за скучную работу, а за чистое удовольствие.

— Выпьете с нами чаю? — предложил я гонщице.

— Увы, нет. Папенька сегодня в полном согласии с маменькой назвали к обеду массу гостей. Кухарка уже с ног сбилась, чтобы все успеть к сроку. Так что мне пора. Но я надеюсь, что наше взаимовыгодное сотрудничество вскоре продолжится.

— Разумеется.

Всё время нашего с Боголюбовой разговора Клейст не сводил глаз с предмета своего обожания. Он делал все тактично и незаметно для девушки, но от меня прятаться забывал. А почему, собственно, и нет? Должна быть у моего механика личная жизнь помимо работы!

— Николай Генрихович, вас не затруднит доставить Анастасию Платоновну домой?

— Ничуть, — заверил меня Клейст.

— А можно я сама сяду за руль? — Настенька состроила такое умильно-просительное личико, что отказать ей в столь невинной просьбе не было ни малейшей возможности.

— Тогда, Николай Генрихович, проследите, чтобы мобиль вернулся в мастерскую своим ходом и без повреждений.

— Непременно.

Клейст вернулся заполночь, подшофе и счастливый. Из его сбивчивых объяснений я понял следующее: он свел вместе мои слова о мечте Боголюбова-старшего выдать дочь замуж и пафосной речи Анастасии об эмансипации и возрасте. Какие шестеренки провернулись в его мозгу — неизвестно. Но в итоге он за один вечер успел признаться в любви и, минуя период ухаживания и прогулок под луной, получить от объекта своей страсти согласие на брак и в присутствии гостей упасть вместе с ней к ногам счастливого родителя. Думаю, Платон Сергеевич дал свое отцовское благословение прежде, чем новоиспеченный жених окончил свою пламенную речь.

Я еще не решил, как отнестись к этому скоропалительному сватовству, но, по моим подсчетам, эта свадьба сделает счастливыми — по крайней мере, в первое время — пятерых человек. Не считая новобрачных, радоваться будут родители невесты, а так же её братец, который получит неисчерпаемую тему для хвастовства в своей гимназии. Ну и возможность поклянчить мобиль сестрёнки на «покататься»: мол, у неё имеется другой, гораздо лучше. Правда, вряд ли ему обломится: к своей четырехколесной ласточке Настенька относится гораздо ревнивей, нежели к будущему супругу.

Церемонию бракосочетания, чтобы жених не успел передумать, назначили на ближайшую субботу, что напрочь отменяло мой визит к баронессе. Думаю, Александра сумеет понять и простить. Ну а если нет — кто ж ей тогда враг? Лично мне совсем не улыбается гонять тараканов в её прекрасной головке.

К утру мой компаньон и, по совместительству, механик уже мог разговаривать о чем-то помимо грядущей свадьбы.

— Знаете, Владимир Антонович, наша «Молния», безусловно, хороша. Но чем дольше я размышляю о её конструкции, тем больше понимаю изначальное несовершенство аппарата. Явно избыточный вес, времянка вместо ускорителя, не самая лучшая конструкция конденсатора… В общем, нет в ней законченности и совершенства. По сути своей, это лишь опытная платформа для отработки технических решений.

— Но ведь даже в этом виде и с вашей невестой за рулем она с легкостью опередила всех конкурентов.

— Вот именно! А представьте, что будет, если заранее, на этапе проектирования мобиля учитывать наличие всех этих новшеств? Он будет в принципе недосягаем для лучших мировых образцов.