Пашка исполнял нечто странное. Он… танцевал на обрывках своей футболки. Пробегающие мимо подтянутые спортсмены косились на него с недоумением. Пашке было плевать. Он смеялся и что-то выкрикивал.

Но вот повернул голову и посмотрел прямо в камеру. В этот момент лицо Пашки исказилось странным и страшным образом. Так, что обладатель смартфона шарахнулся, изображение поплыло.

Несколько секунд неразборчивого мельтешения, и вот снова Пашка. Теперь пляшет на парапете. Вероника узнала по фону Крымский мост.

И вдруг Пашка прыгнул. Назад, перекувырнувшись через голову.

Оператор кинулся к парапету, но успел заснять только всплеск на поверхности воды. Вот и всё…

– Ничего не поняла. Это что за херня была?! – Вероника посмотрела на маму.

– И вовсе не обязательно так выражаться.

– Прости. – Вероника встала, потом снова села. – Нет… Это что-то вообще… Дичь какая-то!

– Вот и я говорю, молодой ведь парень совсем, – вздохнула мама. – Да ты ешь печенье-то, ешь! Я кому напекла столько? Мне его на месяц одной…

007. Наши дни. Москва

Железная логика Тимофея не в первый раз поставила Веронику в тупик.

– И что в этом интересного?

– Тиша, человек погиб, – сказала Вероника, нервно тыкая пальцем в покрывало на кровати, на которой сидела.

Молчание. Ну да, ответа он не получил, следовательно, продолжает ждать.

– Я тебе видос скинула, ты посмотрел?

– Да.

– И что?

– Человек спрыгнул с моста при множестве свидетелей. Дело раскрыто.

– Но ты видел, как он себя вёл? Это ненормально!

– На том же марафоне бежал человек в костюме Дональда Дака. Сорок два километра в поролоновой ростовой кукле. Он не только выжил, но ухитрился занять далеко не последнее место. Вот это мне представляется куда более странным. Однако за расследование я бы всё равно не взялся.

– Да я этого парня знала ещё в школе, пойми! Он никогда так себя не вёл, всю дорогу был тихоня и скромник.

– Первое. Люди меняются. Особенно когда вырываются из коллектива, в котором вынуждены были существовать десять лет подряд. Возрастные изменения, гормональный фон. Второе. Допустим, твой знакомый употребил какой-то наркотик. И что тогда?

Вероника молчала, даже перестала тыкать пальцем в покрывало.

Не дождавшись ответа, Тимофей сказал:

– Подожди неделю, потом поговори с его матерью. Если в крови обнаружат наркотик, то ей об этом скажут.

– А они вообще будут его проверять на наркотики? Если столько свидетелей…

– Будут.

– Откуда такая уверенность?

– В подобном случае они обязаны установить все обстоятельства. Свидетельство подтверждает факт самоубийства, но не объясняет его причину. И наркотики – первое, на что твоего знакомого будут проверять.

Пауза. Потом – было очевидно, что Тимофей заставил себя добавить это:

– Мне здесь делать совершенно нечего. И тебе тоже.

– Тиш…

– Что?

– Давай хотя бы попробуем?

– У тебя к нему что-то личное?

– Не важно!

– Хорошо. Давай попробуем. Твоё первое задание: поговори с матерью этого парня. Выясни, как он вёл себя в последние дни, не было ли чего-то странного.

Вероника содрогнулась.

– Да ты что! Она же меня узнает. Я же…

– Вероника. Мы с тобой работаем так. Ты добываешь информацию, я её обрабатываю. Или чего ты от меня хочешь?

Вероника сбросила вызов единственно потому, что ей захотелось обложить Тимофея матом.