Тем не менее их дружба и ее тайная влюбленность продолжались все лето и осень 1811 года. Вместе с холодными ливнями и черными тучами из Америки приходили мрачные вести. Алекс нарочно захватил с собой очередное письмо, чтобы дать прочитать его Джосс.

— Похоже, мне придется глотать пыль в берлоге у Бертрама Терлоу, чтобы научиться у него всем тонкостям нашего бизнеса. — Он отхлебнул из кружки горячего отвара, вздрогнул и чертыхнулся — то ли от перспективы корпеть над гроссбухами в портовой конторе, то ли от вкуса приготовленного Джосс укрепляющего питья.

— Для вашей сестры это, должно быть, очень тяжелый удар! Такая молодая — и уже вдова! Судя по всему, ее муж Тобиас был незаменимым партнером вашего отца!

— Да, Тоби был неплохим парнем, хотя и недолюбливал меня. — Он со вздохом сделал еще глоток. — Или как раз потому, что недолюбливал меня, он и был так хорош. Честно говоря, я больше жалею не его, а Мелли. Подумать только, какая глупая смерть: упасть и разбить голову о камин!

Джосс достаточно было одного взгляда, чтобы понять, как тяжело переживает Алекс горе своей старшей сестры. Он заявился к ней сегодня с самого утра, после неудачной попытки утопить горе в вине. Рано или поздно жизнь всегда берет свое, и даже такому бесшабашному повесе приходится смотреть в глаза жестокой реальности.

— Теперь вашему отцу больше не на кого опереться, кроме вас, Алекс. Пришла пора подумать об ответственности.

— Как будто я сам этого не понимаю! — Он сердито глянул на Джосс. — Черт побери, Тоби обожал корпеть над гроссбухами так же, как я их ненавижу! Драмм советует мне порвать с родными и зарабатывать на жизнь игрой.

— Вот пускай мистер Драммонд сам и следует своему бессовестному предложению! — возмутилась Джосс.

— До сих пор я отлично жил на свои выигрыши. Я мог бы делать это и дальше…

— …но не станете, — закончила она за него.

— Я уже условился с Берти, что приступлю к занятиям сегодня после обеда, — не без смущения признался Алекс.

— Ваша семья непременно будет вами гордиться.

— Поживем — увидим. Я никогда не был в ладах с цифрами.

— Вы прекрасно во всем разберетесь. Я нисколько не сомневаюсь в ваших способностях, хотя вам вряд ли удастся совмещать занятия бизнесом с ночными клубами и кутежами.

— Черт побери, на данный момент я совершенно с вами согласен! Утром бывает такое жуткое похмелье… Что вы намешали в эту бурду? — Моргая красными от бессонницы глазами, он с подозрением уставился на какие-то ошметки, плававшие на дне чашки.

— Имбирный корень, тертая каломель и листья святого Джона с черным чаем. Мой отец всегда готовит этот отвар для бездомных, страдающих от запоя.

— Наверняка в качестве наказания за их грехи!

Пок ворвался в комнату и поприветствовал Алекса громким лаем. Чтобы прекратить эту какофонию, Алексу пришлось наклониться и погладить собаку, хрипло приговаривая:

— Тише, старина, тише! От твоего лая у меня раскалывается голова!

— Расплата за грехи не всегда смертельна, но всегда болезненна, — язвительно заметила Джосс.

— Ох, чем так мучиться, лучше помереть — и дело с концом! — простонал Алекс.