– Морган, пожалуйста!.. – в ужасе прошептала она.

– Можно поручить это Хиггинсу, – продолжал он, не обращая на нее внимания. – Скажите ему, чтобы без моего разрешения туда никто не входил, а леди Сен-Жермен не выпускали из каюты до тех пор, пока я не прикажу. Внушите это мистеру Хиггинсу, мистер Хэйс.

– Есть, сэр!

Не дав ей времени на возражения, Дэниэл быстро повел ее вниз. Хотя со дня спуска на воду «Вызов» неоднократно бывал в бою и Дэниэл полностью доверял капитану, он был в отчаянии оттого, что леди Сэйбл находится на борту в такой час. Такое эфирное создание! Как она вынесет ужасы морского сражения?

– Вы будете здесь в полной безопасности, ваша милость, – заверил он, подтолкнув ее к двери каюты, чего прежде никогда бы себе не позволил. – Капитан сэр Морган не допустит, чтобы кто-нибудь на судне пострадал, обещаю вам.

Она умоляюще смотрела на него, и он, заглянув в глубину этих страдальческих глаз, был в полном смятении. Дэниэл так стушевался, что готов был сказать ей о своей любви, но у него не хватило мужества. Да и времени для признания сейчас было еще меньше, чем тогда, когда он привез ее на корабль прошлой ночью, ужасаясь ее поступкам и смертельному риску, которому она подвергала себя. В эту минуту единственное, что он мог сделать, это обеспечить ее безопасность в соответствии с приказом капитана.

– Дэниэл, пожалуйста…

Впервые услышав из ее уст свое имя, он заколебался, но решил, пока не поздно, проявить твердость характера.

– Прошу прощения, ваша милость, у меня приказ!

Не в силах больше вынести ее умоляющих глаз, он закрыл дверь и повернул ключ в замке. Ожидая услышать рыдания и просьбы, Дэниэл с минуту подождал еще, но за дверью молчали. С большой неохотой он положил ключ в карман и бросился на поиски матроса Хиггинса. На палубе команда лихорадочно принимала все меры к тому, чтобы корабль обрел максимальную скорость. Ускользнуть от турецкого фрегата можно было, лишь полностью использовав силу ветра и площадь парусов. Джек Торенс стоял у штурвала, а Дэниэл Хэйс, как раз вернувшийся снизу, занял свое место вблизи мачты, чтобы передавать приказы капитана матросам на реях.

Снова раздался залп, на этот раз прозвучавший куда громче, и в четверти мили от них вспенилась вода. Это явно был сигнал, требующий, чтобы английский корабль остановился, но Морган не собирался подчиняться. Если их возьмут на абордаж и произведут обыск, Сергея не спрячешь: в таком состоянии он нетранспортабелен. Кроме того, Морган помнил, как султан восторгался красотой Сэйбл, и мог себе представить, какой жемчужиной она стала бы в гареме султана. Его лицо потемнело, когда он представил себе, как султан Абдулазиз отдает приказ истребить английских моряков, а леди Сэйбл Сен-Жермен взять живой. Проклятый выродок, неужели султан действительно надеется, что он позволит судьбе сыграть такую дьявольскую шутку с девушкой?

– Курс юго-юго-запад, сэр! – доложил рулевой. Морган выбросил мрачные мысли из головы и устремил взгляд на громады парусов, гудевших на ветру подобно отдаленному грому. В бледной предутренней мгле они казались белоснежными на фоне серо-стального неба. В каждом постанывающем рангоуте чувствовалось огромное напряжение.

– Так держать, мистер Торенс! – откликнулся капитан, понимая, что большего выжать из парусов не удастся. «Вызов» шел на максимальной скорости, это предел возможного. Оставалось лишь молить Бога, чтобы им удалось при таких условиях уйти от преследователей. Облокотившись на поручень, он опустил подзорную трубу и стал ждать.

На фрегате поздно сообразили, что клипер пренебрег предупредительным залпом, и пустились в погоню. Даже без подзорной трубы Морган видел, как паруса фрегата надулись, когда там выбрали шкоты.