|
Сам он не нашел бы духу первым высказать эту идею. — Не вопрос, — пожал плечами Орех. — Здесь без разницы, когда бродить по коридорам. Проводник прямо в древесном камуфляже свалился в угол по другую сторону, предварительно оттащив туда один из матрацев. — Значит, ты тут подземелья изучал? — спросил он. — Карта есть? Орех заулыбался. Теперь он снова напоминал юного подростка, и Уотсон удивился, как этот парень совсем недавно мог казаться гораздо старше своих лет. — С картой совсем интересно вышло, — последовал ответ. — Я в первый день шел, бросая болты, чтобы в случае чего по своему следу и вернуться. И сразу рисовал карту, карандашом. А затем понял, что рисунок мне что-то напоминает. Стал я сверять схему с уже знакомыми картами других подземелий, которые свободно в сталкерской сетке найти можно. — И что? Неужто нашел? — Вот именно что нашел. Мой рисунок отлично лег на другую карту, которая, как было в описании, принадлежит затерянным тоннелям в западной части Милитари. Помнишь, «свободовцы» еще искали там вход под землю? — Да-да-да, припоминаю. — Так вот, нет там никаких подземелий. Зато есть здесь. А та карта — на самом деле схема путепровода, в котором мы находимся. Не знаю, почему она всегда шла как «милитаревская». То ли ошибка, то ли хитрая маскировка — распространить по сталкерам схему подземных тоннелей, которые на самом деле находятся совсем в другом месте. — И ты прошел по всей карте? Орех покачал головой и зажег примус. — Нет, — ответил он. — Уперся в дверь, на которой карта заканчивалась. Дальше рискнул только заглянуть — темно и кто-то скрипит. Не человек. Я и закрыл от греха. — Так нам придется через это место идти? — спросил Уотсон перед тем, как провалиться в сон. — Конечно, пойдем. — Парень поставил на примус небольшой потрепанный чайник и налил в него воды из канистры. — Все лучше, чем по поверхности. Чай будете? Уотсон уже спал. Орех посмотрел на Фармера, но тот тоже не шевелился. — Ну и вежливость, — вздохнул парень. — Сам-то какой был? — подзадорил его Бергамот. — Дрых на каждом шагу. — Да, было дело, — звонко рассмеялся Орех. — Вот, помнится, в первую ночевку с Марком — когда еще Сенатор объявился, таща с собой бутылку квасу… Разбудил Фармера звук перезаряжаемого оружия. Он мигом открыл глаза, положил руку на дробовик. Ствола не было. Поднявшись рывком, он увидел Ореха, беззаботно оглядывающего «карабинер». — Занятная штука, — похвалил он. — Хорошо стреляет, наверное. Капризная? — Ни разу не пробовал, — ответил Фармер. — Тогда я ее позаимствую на время перехода, — сказал Орех и тут же добавил: — Можно? Фармер неопределенно взмахнул рукой. |
