|
— А мы свои. Ничего тебе передавать я не стану. — Я могу снова залезть в кусты, выйти, и мы начнем разговор сначала. Так устроит? Молчавший до этого Фармер вышел вперед. — Достаточно, — сказал он. — Я тебе верю. — Ну, как знаете, — сдался Уотсон. — Хорошо. У меня нет желания вверять тебе свою жизнь, однако я доверюсь Консулу. Больше мне ничего не остается. — А что так грустно? — спросил Орех. — Тебя разочаровывает мой внешний вид? — Будь ты кем-то вроде Бергамота, другое дело, — ответил Уотсон. — Он профессионал. Ты же, признай это, всего лишь любитель. Доверенное лицо Консула. — Это так мало? — Этого мало, чтобы пробраться через блокаду «монолитовцев» у города. Орех хитро посмотрел на Бергамота, затем снова на Уотсона. — Так вот в чем дело, — сказал он. — Не веришь моим способностям? А может, я тоже профессионал. — Хватит уже, я ведь согласился пойти с тобой. — Вот и хорошо, — поздравил его Орех. — Теперь о насущном. Слышали о подземном путепроводе в Припять? — Что? — не поверил Фармер. — Откуда? Такой существует? — Я что-то слышал, — сказал Бергамот. — Вроде вел от завода «Юпитер» прямиком в центр города… Завод производил не только бытовушку, много темного там творилось, ой, много. Кто не в облаках витает, тот поймет. — Верно, — кивнул Орех. — И вполне логично, что нет смысла рыть тоннель, соединяющий всего две точки. Должны быть и другие. Значит, нам не обязательно идти к заводу, чтобы найти спуск. Есть более удобные развилки. — Так нам что, надо идти под землей? — спросил Уотсон. — Ага. — Что же ты сразу не сказал?! Я думал, речь идет о том, чтобы прорываться с боем через «монолитовцев». — Таковы были указания, — отрапортовал Орех. — Указания Марка. При встрече с возможными гостями сначала убедиться, что они согласны слушаться меня полностью. И только потом объяснять план. Видишь ли, Марк понимал куда лучше вас, что его доверия заслуживают только люди, умеющие доверять в ответ. — А если бы мы отказались сотрудничать с тобой? — Тогда я бы указал вам прямую дорогу к месту, где вас пристрелят, и пожелал бы счастливого пути. Вы бы ничего и не поняли до самого конца. Бергамот расхохотался. — Вот это я понимаю, здравый взгляд на мир, — похвалил он. — Орех, а ты, я смотрю, вырос. Вот теперь я поверю, что тебе уже есть восемнадцать. Помнится, два года назад ты мне втирал, что тебе за двадцатник перевалило. А у самого еще усы не проросли. — Я и книжки читать начал, — добавил Орех. — Порою попадаются умные. Первушин, например. Фармер прокашлялся. — Так мы идем или нет? — спросил он. |
